Обман Розы

Но это в неверном свете, при луне…

Глядя на широкие плечи мужчины, идущего впереди, я представила, как он, узнав об обмане, может запросто свернуть мне шею. С такого грубияна хватит поднять руку на женщину. Но, возможно, у него были на то основания. Судя по всему, Розалин тоже не отличалась добрым нравом.

– Будут спрашивать, почему ты уехала сюда, – продолжал мужчина, – скажешь, что врачи посоветовали тишину и свежий воздух, чтобы побыстрее забеременеть.

Мы вошли в дом, и навстречу бросилась мадам Пелетье.

– О! Месье! Как неожиданно вас видеть! – мне показалось, она была искренне рада появлению этого человека. – Но когда вы приехали? Я прикажу Бернару, чтобы он поставил вашу лошадь…

– Не надо, – сказал он, сбрасывая странный головной убор и шубу, и награждая меня еще одним недовольным взглядом. Под шубой обнаружился прекрасный костюм – строгий, черный, и мужчина из дикаря сразу превратился в элегантного господина. – Я приехал на машине, а сюда добрался пешком. Погода чудесная, отчего бы не прогуляться.

Я покосилась на кожаную шапку и очки, гадая, для чего носить подобное человеку из высшего общества, и что такое машина.

– Соберу поскорее ужин, – засуетилась мадам Пелетье. – Какой приятный сюрприз!

Она убежала, а мы остались вдвоем. Я медлила снимать манто, растерявшись от нежданного визита, но мужчина понял мое замешательство по своему, покривился и подошел помочь снять накидку.

– Значит, ты все поняла? – спросил он, отряхивая ладони, словно прикоснулся к чему-то грязному.

– Вполне, – ответила я ему в тон, решив, что самым правильным будет подражать ему во всем. Я всегда смогу ответить, что разговаривала с ним так же, как он позволил себе разговаривать со мной. – Будут еще какие-то инструкции?

– Пока хватит, – сказал он резко. – Проследи, чтобы приготовили комнаты для моих родителей.

– Думаю, две смежные спальни на втором этаже подойдут. А вам я попрошу приготовить комнату напротив.

– Приготовить комнату для меня? – он повернул голову, и я впервые смогла разглядеть его при ярком свете.

У него были прямые, чуть насупленные брови, греческий профиль и темные блестящие глаза. Пожалуй, слишком темные, и слишком блестящие… Мужчина насмешливо кривил губы, но это его ничуть не портило. Четко очерченный рот говорил о твердости характера своего хозяина, как и пронзительные темные глаза. Этот человек привык отдавать приказы и привык, чтобы приказы немедленно выполнялись.

– Мне не надо комнаты, – сказал он.