Моя драгоценная гнома

Вокруг росли молодые елки, и он попробовал наломать лапника, чтобы сделать подстилку, но без ножа сделать это оказалось трудновато. Я насмешливо поглядывала на него, пока собирала валежник для костра, а потом преспокойно достала нож и нарубила тонких сухих прутьев для растопки. Дома я всегда топила печь, и теперь посчитала, что развести костер под открытым небом – не намного сложнее. Оказалось, что сложнее. Я намучилась, прежде чем трут запалил прутья, а потом перекинулся на валежник.

– Так у тебя есть нож?! – Дагобер вернулся с жалкими десятью ветками ели и присел на корточки возле костра, протягивая руки к огню.

 – Почему сразу не сказал.

Я неторопливо подбрасывала в костер ветки и после этих слов сердито засопела, а принц кисло кивнул:

– Точно, ты же немой. Я и позабыл. Тогда иди наруби веток, да поживее.

Мне пришлось подчиниться, и я орудовала ножом с таким усердием, что скоро мне стало жарко, и вовсе не колдовство было причиной моего усердия. Но по мере того, как лапника прибавлялось, злость моя исчезала.

Я посматривала на эльфа, которого била дрожь даже рядом с огнем, и думала, что гномы – существа, созданные из камня и небесного огня – молнии. По преданиям, молния ударила в камень и создала первую гномью пару. А эльфы – это всем известно – дети звезд. Красивы и холодны. Наверное, поэтому они такие мерзлявые. Мне припомнилось, что даже летом эльфы нашего города щеголяли в мехах. Может, они это делали вовсе не из желания похвастаться достатком? А им и вправду было холодно?

Подтащив к костру охапку лапника, я бросила его на землю.

– Наконец-то, – проворчал Дагобер и перебрался на подстилку, поджав ноги и сунув руки под мышки. – Ты медлительней черепахи, слуга!

Я сняла куртку, оставшись только в рубашке и жилетке, и набросила куртку на плечи принцу. Она едва прикрыла его плечи и середину спины, но так было лучше, чем сидеть полуголым.

– Ты что это?! – эльф вскинулся, стянул мою куртку и попытался всучить мне обратно. – Сам замерзнешь!

Вместо ответа я положила ладонь ему на плечо, показывая, что мне ничуть не холодно.

– Фу ты! Горячий, как грелка! – засмеялся Дагобер. – Ладно, давай свои лохмотья.

Было забавно смотреть, как он кутался в слишком маленькую для него одежду, но куртка и костер сделали свое дело, и его эльфийское высочество перестало дрожать. Зато даже не поблагодарило меня за помощь и начало жаловаться на свою печальную долю – и голодно, и холодно, и лапника маловато, поэтому жестко сидеть.