Чужая дочь

– Вашу руку, рея, – маг  передал чашку с кровью Теаны другому дэвсу и подошёл к Лалии.

– Матушка, я не хочу, – всхлипнула Лалия и попятилась. – Я боюсь крови! Больно будет! А-а-а!!!

– Ну, Лали, не плачь! Так надо! – ласково заговорил реал, и тут же пояснил  невозмутимо взирающим за представлением дэвсам. – Она младшая, балованная.

«Библиотечный» дэвс поморщился и приказал кровопускателю.

«Поосторожнее, не пугай зря, эта ещё ребёнок».

Теана с удовлетворением констатировала, что прекрасно поняла, хотя дэвс говорил не на  имперском языке.

И постаралась  принять  нейтральный вид: лучше, если все будут думать, что она не продвинулась дальше десятка-другого слов.

Зачем это ей? Сложно сказать, просто такое чувство, что не стоит распространяться о своих успехах.

Маг закончил собирать кровь, залечил ревущей Лалии порез и вернулся к своему предводителю или старшему.

Следом – сквозь ресницы, почти не поднимая головы, смотреть было сложно, но Теане помогала магия – в третью чашку дэвсы нацедили крови реала!

Девушке пришлось прикусить губу, чтобы не выдать себя неуместным возгласом.

А дальше волхв дэвсов что-то пошептал, сделал несколько пассов, и кровь из всех чаш поднялась в воздух, затем перемешалась и вернулась назад в посудины.

– Обе реи – кровные дочери реала, – объявил волхв.

– Прекрасно, – спокойным голосом отреагировал старший дэвс. – Я рад, что ты, реал, держишь слово и не пытался нас обмануть, подсунув вместо родной дочери чужую девку.

Мы долго ждали, и вот время пришло.  По закону,  за пролитую тобой кровь моей сестры я забираю твою кровь. Баад!

– Баад! – повторили два других дэвса.

– Я выбираю старшую. Дух моей сестры будет недоволен, если баад долго не протянет, а  младшая дочь слишком слаба и юна. Она не  сможет в полной мере искупить причинённое зло.

Язык Теаны прилип к её нёбу – она не ослышалась???

Но все попытки протестовать или задавать вопросы потерпели фиаско – абиссин не давал ей пошевелиться.

Видимо, матушка вовремя перехватила управление, словно знала, что  ожидает старшую дочь!

Знала… Конечно, она всё знала. И она, и отец.

Поэтому они так к ней и относились, поэтому и абиссин – чтобы не испортила сделку! Дэвсы могли передумать, могли выбрать Лалию, а она любимица, её нельзя обрекать на участь жертвы. Или платы за преступление.

Она вспомнила о подобном обычае – в Империи он тоже есть, просто редко практикуется. Называется вира.