Полина. Мечты сбываются

И что в таких случаях, видимо, закономерно – мне было по себе совершенно никак: ни весело, ни грустно, ни жарко, ни холодно. Блаженная тишина, покой и полное отсутствие каких либо желаний. Нирвана. Предел мечтаний всех страждущих…

Где тогда золотое сияние?

Начинаем думать снова.

И если, Полина, ты мыслишь, значит ты существуешь. Так что ты, Полина, скорее жива, чем мертва.

А вот и волны уже шелестят. И это не море, Полина. Так что, с возвращением тебя, дорогая!

Я прислушалась к своим ощущениям, которые ощущаться совершенно не спешили.

…Первое устойчивое ощущение показало, что со мной всё явно не в порядке. То есть ощущение тела такое, что вот вроде оно есть, а вроде бы его и нет… Или что я – не совсем я, и тело, соответственно, не совсем моё. Или вовсе даже не моё…

А это не есть хорошо, Полина. Мало того, Полина, это есть очень и очень плохо.

Но всё это может означать только одно: после своего очередного преодоления себя я провалялась в коме пару – тройку недель, вот и дошла до такого состояния.

Вспомнить какие-либо события из недавнего прошлого также не удавалось.

Темень была непроглядной, и пришлось действовать на ощупь. С трудом удалось унять руки, и они перестали непроизвольно вскидываться и метаться, пугая меня смутными мелькающими бликами.

То, что я пыталась ощупать, и телом назвать было совершенно невозможно. Это нечто оказалось настолько жалким и хлипким, что я даже опасалась делать резкие движения.

То ли светлее становилось, то ли восстанавливалось зрение, но руки вскоре удалось рассмотреть: длинные, худые, с тонкими пальцами, бледные, с полупрозрачной кожей и с просинью вен. Оставалось надеяться, что это эффект недостатка освещения.

Несколько раз я себя, как полагается, ущипнула за разные места.

Надежда на то, что это я и просто долго болела, окончательно рухнула с первым взглядом на волосы, которых оказалось и как-то непривычно много, и, кроме того, они были повсюду. Длинные, тускло мерцающие и извивающиеся серебристыми змеями, они своим нереальным видом вызвали у меня откровенную паническую атаку. И по-видимому, именно они и создавали это призрачное освещение вокруг.