Стальная волчица

–Согласен. Это было нечто!

Эдвард ликует похлеще предков. Его ямочки проступают сильнее. Почему то глядя на них меня обуревает желание, дотронутся до его щеки. Словно я хочу убедиться, что лицо парня это не очередная маска напыщенного индюка с золотым запасом под боком.

Толпа рассеивается. Начинает играть музыка. Парни приглашают девушек. Эдвард не торопится. Мы еще немного болтаем с его родителями об учебе, внеклассных занятиях. Нелепое название, особенно учитывая факт, что мы студенты. Но видно другого определения пока не придумали.

Я смотрю на зачарованную Бритни Стеф увлеченно хихикающую. Рядом с ней стоит высокий парень. Он ровесник Эдварда. Я пару раз видела его на матче и совмещенных лекциях, не говоря о боксерском клубе. Кажется он из команды «быков», но я не уверена в этом. У него каштановые взъерошенные слегка кучерявые волосы. Полные щеки. Маленькие почти не заметные губы. И такие же мелкие бегающие глазки. Он очарован подругой. Его пальцы напряжены. Он явно хочет пригласить ее на танец, но почему то тормозит.

Мне надоедает смотреть на эту романтическую сцену, мои глаза переключаются на Виолетту в радужном платье. Она похожа на единорога. Розовые волосы только усиливают впечатление. Она стоит у шоколадного фонтана, жадно поглощая содержимое. Ее неизменные спутницы будто-то механические роботы повторяют за ней. Я ворочу нос.

–Отстой, верно? – становясь рядом, уточняет атлет.

Я не отрываясь, смотрю за продолжением. Что-то в этой сцене не дает покоя. И тут я понимаю, платье Гадюки в отличие от нарядов подруг без пятен.

–Как она умудряется давиться шоколадом и оставаться чистой? – спрашиваю скорее себя, нежели парня.

–Все просто: у нее несколько одинаковых платьев – пожимая плечами, сообщает спортсмен. Я не могу поверить – Серьезно – видя мое замешательство, говорит брюнет – Я сам видел, как несколько часов назад, она переодевалась. Наверно думала, что никто не увидит – он замечает, как девушка на него смотрит и смеется.

Виолетта заливается краской.

–Я вижу, ты не снимала его – заливаясь румянцем, показывает на браслет юноша.

–Честно, сказать, совсем про него забыла.

Я не лукавлю. Музыка бубенцов настолько привычна, что просто не обращаю внимания.

Эдвард тускнеет, как лампа в последние минуты жизни. Я улыбаюсь. Кажется это единственное, чем я могу подбодрить его.