Один вечер в Амстердаме

Он также молчал, лишь задумчиво поглаживал рукой подбородок.

– Рита, что происходит? – наконец спросил он, подавшись вперед, словно пытался увидеть ответ в лице дочери задолго до того, как она начнет оправдываться.

Рита прикусила нижнюю губу, запрещая словам вырываться наружу. Что бы она ни сказала, все будет звучать не в ее пользу. Поэтому лучше молчать и ни в коем случае не вступать в конфронтацию. Пусть уж лучше отец накричит на нее, выпустит пар. После этого можно будет всплакнуть, пообещать, что подобная выходка была последней, и со спокойной душой мчаться на встречу с Костиком.

– Мне стыдно за тебя, – сказал отец. – То, что ты устроила ночью, что наговорила Ирме и мне…

– Ой, хватит! – слова слетели с губ раньше, чем Рита успела сдержаться. – Только ее не вмешивай!

Отец усмехнулся.

– Не нравится слушать? – Он приподнял бровь. – А мне было противно смотреть, когда ты, пьяная, валялась в коридоре, потом ползла в свою комнату, по пути оскорбляя женщину, которая привезла тебя домой.

Рита опустила плечи, поняв, что прежние уловки на отца не подействуют и что тот не на шутку зол. Значит, можно расслабиться, перестать разыгрывать раскаяние и насладиться ссорой.

– Бедная Ирма, – надула она губы. – Мне очень жаль, что я обидела свою будущую мамочку. Что я ей сказала? Напомни! Ой! Я сама вспомнила. «Похотливая сучка», «прибалтийский тормоз» и, кажется, еще «любительница престарелых кобелей».

– Уймись, – отец повысил голос, и Рита немедленно замолчала. – Моя личная жизнь тебя не касается. Я свободен и имею право вступать в отношения с тем, с кем пожелаю. Более того, я не хочу выслушивать гадости о женщине, которая находится рядом со мной. Ни ее возраст, ни то, по каким причинам она выбрала меня, не имеют к тебе никакого отношения.

– Она тебе в дочери годится!

– Значит, тебя это волнует? – спросил Войтович, вышел из-за стола и остановился напротив Риты.

– Я не желаю…

– Нет, ты выслушаешь, раз упрекнула меня в том, что я все еще хочу жить. – Войтович присел на мягкий подлокотник и обхватил Риту за плечи. – То, что Ирма молода, безусловно, льстит мне, но ее возраст – не главное в наших отношениях.

– Ты ее любишь? – Рита почувствовала, как на глаза набежали слезы. – Больше, чем меня?

– Я люблю вас обеих.

– Ненавижу!! – Рита вырвалась из объятий.