Слеза святой Женевьевы

– Куда исчезла твоя чувственность, которая так мне нравилась? – Кайрус театрально закатил глаза и вздохнул. – Ты перестала понимать прекрасное.

– Зато я умею ценить время, причем не только свое, но и тех, с кем общаюсь.

Полина посмотрела на часы и подумала о Литвине, который остался в ее номере. Она обещала, что не станет задерживаться, быстро переговорит со словоохотливым Андреасом и так же быстро вернется. Утром они обсуждали планы на ближайший день и остановились на пешей прогулке по центру города, тем более погода позволяла: с самого утра светило солнце, да и воздух был теплым и мягким.

– …из цельного массива сандалового дерева. Специально привезен из Китая, – хвастался он.

– Во сколько тебе обошлись эти преобразования?

– Некорректный вопрос, – ответил Кайрус, но тут же назвал сумму.

Полина не удержалась и присвистнула.

– Расточительно.

– Для души ничего не жалко.

– А куда ты спрятал сейфы с драгоценностями?

– В банке. Не думаешь ли ты, что я настолько глуп, чтобы держать камни в этом месте. Когда я над чем-то работаю, то все, что необходимо, привожу сюда, а после снова отправляю на хранение, где грабителям до моих брюликов, изумрудов и сапфиров никак не добраться. В мастерской я оставляю лишь полудрагоценные камни.

– Я думала, что ты не работаешь с «холопами», – усмехнулась Полина. – Только с благородными особами.

– Цитрины, рубины и топазы ты называешь низшим классом? – ахнул Кайрус, схватившись за сердце. – Опрометчиво! Красота их велика…

– Достаточно! Не мучай меня словесным поносом.

– Матуа! Беспардонная особа, – Кайрус, как кошка, бесшумно и грациозно спрыгнул с дивана и подошел к столу у окна, взял папку и вернулся к Полине. – Внутри фото колье.

Полина быстро вытащила несколько снимков, и от восхищения ее глаза расширились.

– Матерь божья, – прошептала она, разглядывая длинную сапфировую цепь с огромной подвеской.

– У всех, кто смотрит на «Слезу», такая же реакция, – заметил Кайрус, присев рядом с Полиной. – Представь, что творится в душе, когда держишь колье в руках. Холодное, блестящее, восхитительное. Хотя это вряд ли возможно представить.

– Рассказывай, – потребовала Полина, подумав про себя, что не зря Юлик Воскресов желает получить подобное сокровище. – Кто сейчас им владеет?

– Баронесса фон Рихтгофен.