Слеза святой Женевьевы

Если же такое случится, Воскресов сделает все, чтобы навредить «VIP-life concierge», в этом Полина не сомневалась. Сейчас он напомнил Миронова, который с легкостью расправлялся с теми, кто отказывался выполнять его желания.

– Мои контакты, – добавил Воскресов, протянув визитку. – Жду от вас хороших новостей.

Он вдруг резко взял Полину за руку, также порывисто поцеловал запястье и быстрыми шагами направился к лестнице, ведущей на пирс. Полина с непониманием, смешанным с раздражением, смотрела ему вслед.

– Ваш чай, госпожа Матуа, – послышался голос администратора. – С лимоном.

– Спасибо, – Полина виновато улыбнулась. – К сожалению, не смогу оценить его. До свидания.

Она еще раз посмотрела на худую фигуру Воскресова, идущего к пришвартовавшейся яхте, повертела в руке визитку и мысленно выругалась. «Женевьева», – несколько раз повторила она про себя, потом вытащила из сумочки телефон и набрала Зинин номер.

– Ты еще в офисе? – спросила она.

– Кто такой?

– Ювелир. Нужна консультация.

Глава 3

В Петербурге погода стояла теплая, но пасмурная. С самого утра солнце пряталось в серой дымке, затянувшей небо, дул ветер, сильный и влажный. Лишь после полудня, когда Полина шла к дому Кайруса, на горизонте появилась голубая полоса, из нее призывно выглянул желтый диск, ярко осветив крыши домов и темные воды Мойки, но вскоре просвет затянулся, с ним исчезло и солнце.

Полина вздрогнула от очередного порыва ветра, зацепившего ее плащ и по-мужски грубо оттолкнувшего к мостику. Всю дорогу она жалела, что не попросила в отеле, в котором остановилась, вызвать для нее такси. Но тогда пройтись пешком показалось хорошей идеей, тем более что до дома Андреаса Витольдовича было всего двадцать минут ходьбы. Однако эти двадцать минут плавно перешли в сорок, Полина катастрофически замерзла и последние двести метров почти бежала, чтобы хотя бы немного согреться.

Консьерж был предупрежден о визите Полины и вежливо проводил ее до квартиры ювелира, нажал на кнопку звонка. Вскоре дверь открыли. На пороге стоял сам Андреас Витольдович и приветственно улыбался.