На грани фола

Есть кто-то, кто не пил и может сесть за руль?

– Я могу, – неуверенно произносит высокий парень из баскетбольной команды.

– Тогда заводи машину, – инструктирую я, едва не визжа от радости, когда Платонов возвращается с коробкой лекарств.

Народ, толкаясь, расходится, прохладный вечерний воздух проникает в помещение через окно. Становится легче дышать. Мне. Но не Арсению.

– У Арса мама врач, – вдруг говорит Платонов. – Я позвоню.

Поставив коробку на пол, он достает из кармана телефон и, потыкав в контакты, набирает номер.

– Русланчик, – в трубке раздается обеспокоенный женский голос. – Что с Арсением?

Маму не обманешь. Видимо, Платонов не так часто ей звонит, раз она сразу догадалась, что случилось что-то на самом деле серьезное.

– Он задыхается, теть Тань. Мы ели, пили, и вдруг он начал задыхаться и… Я не знаю. Мы вызвали скорую, но…

– Что он ел? – перебивает мама Громова. – У него аллергия на мед.

– Меда не было. Был бургер. Помидоры, сыр…

Внутренне я умираю за один миг.

– Был мед, – говорю, едва ворочая языком. – В соусе.

Платонов пронзает меня темным ненавидящим взглядом.

– Что делать? – спрашиваю я, наклоняясь к трубке. – У нас коробка с лекарствами. Что искать?

– Антигистаминное.

– Чего? – Платонов непонимающе хлопает длинными ресницами.

– Супрастин, лоратадин. Что-то от аллергии, – поясняет мама. – У него должны быть лекарства. Всегда.

– Нашел, – вопит Руслан, тыча мне в руку белую коробку.

– Это не таблетки, – огрызаюсь я. – Шприцы есть?

– Что? – снова таращится на меня парень.

– Ампулы для внутримышечного введения, – говорю я, уже выворачивая содержимое аптечки на пол, с облегчением замечаю упаковку шприцев и вскрываю ее.

– Жесть, это просто жесть! – повторяет Руслан без остановки. – Ты точно знаешь, что делаешь?

– Помолчи, пожалуйста. – Мой голос дрожит, руки тоже, но я очень стараюсь успокоиться.

– Куда?

– Задница его мне нужна! – кричу я, от стресса совершенно позабыв, что мы продолжаем оставаться на громкой связи с матерью Арсения. – Давай же!

Глубоко вздохнув, я секунду смотрю на обнаженную ягодицу бессознательного Громова, а потом вонзаю в нее тонкую иглу шприца.

Глава 12

Тори

– Он в порядке? – Вскочив, я с трудом удерживаю себя на месте, когда мама Громова наконец выходит ко мне.