Дежурный по апрелю

К кому ты вообще пришел заниматься в такую рань? – она буквально хохотнула на слове «заниматься». – Все спят!

Тут Антон увидел за ее спиной Таю, сощурился и ткнул пальцем.

– К ней! Она не спит, видите. Потому что меня ждет.

Тамара Львовна обернулась и вопросительно посмотрела на студентку. От такой наглости Тая опешила. Антон немигающе смотрел в глаза. Но в них Тая не видела просьбы подыграть ему. Отнюдь. В этих сверкающих глазах читался приказ.

Тая надменно посмотрела на молодого человека и громко сказала:

– Тамара Львовна, я вообще впервые вижу его.

И она гордо развернулась и пошла к лестнице, пропуская мимо ушей дальнейший разговор комендантши с Антоном.

…В электричке было многолюдно и шумно. Дачники-пенсионеры наперебой хвалились огородными достижениями и делились советами по подготовке растений к зиме. Рыбаки обсуждали лучшие места клёва. Туристы с огромными рюкзаками на плечах и велосипедами в тамбуре обменивались впечатлениями.

Из Тайкиного города в Минск подобные электрички следуют несколько раз в день.

Из двух групп печатников на отдых выбралось человек двадцать во главе с Бергелем. Альбина Ваниковна в последний момент отписалась в групповом чате, что не сможет поехать, потому что на ее хрупкие плечи родственники внезапно взвалили какие-то заботы.

По правде сказать, без Альбины было всем спокойнее. Как-никак, а Роман был немногим старше студентов, а значит, взрослых нравоучений, запретов пить спиртное и курить быть не должно.

Куда все ехали, практически никто не знал – все положились на преподавателя. Роман сказал, что знает отличное место в лесу у озера всего в нескольких остановках от Минска. Там частенько собиралась раньше его группа, когда он был студентом филфака.

Единственное, что омрачало настроение – Тайкина забывчивость. Джинсовую куртку она благополучно оставила на спинке стула, а потому сейчас немного ежилась в легкой кофточке с коротким рукавом от утренней прохлады. Но в целом погода радовала игривым, чуть прохладным ветерком, которым с каждым дуновением приносил с собой меланхоличный запах ушедшего лета, плавно переходящего в осень.

Место действительно оказалось чудесным.