(Не) Желанная герцогиня

Ах, ты ж, старая скотина, выкрутился!

– Чувствительность в порядке, Ее светлость сможет ходить…

Да ты что?! Прямо Колумб, открывший Америку!

Но вслух, конечно, ничего подобного не сказала.

– Прекрасная новость. Значит, я смогу присутствовать при именовании наследника герцогства в Храме Священной Пары.

– Э… – интеллектуально изрек лекарь и даже оглянулся на мужа.

– В этом нет необходимости, в Вашем положении…

– Не стоит беспокойства, к концу вехимана я буду не только ходить, но и бегать, – горячо заверила супруга и обратилась к старикану: – Верно же?

Совершенно паршивая традиция.

Именовать ребенка лишь в конце первого месяца его жизни. А все время до этого дите так и остается безымянным.

– Д-да… Если неукоснительно будете следовать моим предписаниям, то непременно встанете на ноги и сможете присутствовать при именовании.

– Конечно, буду. Хотелось бы услышать Ваши рекомендации.

– Необходимо перетянуть грудь, – прямо заявило местное медицинское светило.

Тебя бы перетянуть! Да поперек седалища хлыстом!

– Умеренно питаться, даже лучше поголодать.

Так поступление молока уменьшится, – добавил старик.

– Чудесно, – хрипло выдохнула я. – А Его светлость кормить Вы станете?

– С этим прекрасно справляются, – скривился муженек. – Новая кормилица и вовсе нареканий не имеет.

Новая. Нареканий. Не имеет.

То есть за эту неделю нарекания были? И ребенок до встречи со мной существовал впроголодь? Так вот где собака зарыта!

Я бросила взгляд на Райлису.

Та смотрела в пол, втянув голову в плечи. Вот она – их выгода!

– Вы о сегодняшней ночи? – невинно поинтересовалась я. – Приятно знать, что Вы так высоко оценили мою заботу о сыне. Ведь именно я кормила его. Кормилица принесла сына мне. Разве не по Вашему приказу?

Жалеть старуху и ее дочку я не собиралась. Нет уж, пусть получают на орехи и радуются, что я не в состоянии добавить. А мне все равно прислугу сменят. Так может, удастся выстроить нормальные отношения с новенькими.

– Помилуйте! – заголосила служанка, падая на пол.

 – Да токмо Его светлость есть отказывался! Мамкино молоко – оно ж всяко лучше…

Хотела бы я знать, что чувствовал в этот момент муж. По его лицу что-либо прочесть не представлялось возможным. Такому покерфейсу или учатся с детства, или родятся с ним.

Вот только спокойствие герцога явно было напускным. Мне хватило взгляда, чтобы это понять. Пусть на секунду, но он полыхнул такой яростью, что прямо тушите свечи.