Берегись моей любви

«Вот стерва», – усмехнулась Полина, но, войдя в столовую и увидев Екатерину, уже приступившую к обеду, просияла.

– Приятного аппетита, дорогая.

– Спасибо. – Катя также изобразила на лице восторг от встречи, который, впрочем, мгновенно исчез. – Снова язык распускала и отца обижала?

– У тебя не спросила, как и о чем разговаривать с папой.

– Прекрати, – отец взял Полину за плечо и подвел к столу. – Ты ведешь себя…

– Как мои братья? – невинным голосом спросила Полина. – Отпусти, папа. Мне больно.

Сергей Дмитриевич виновато погладил дочь по спине и тихо попросил:

– Давай просто пообедаем.

Хорошо?

– Хорошо, – смягчилась Полина.

– Только что на наших глазах свершилось чудо! – Катя взмахнула приборами и рассмеялась. – Полина согласилась с папой. Это нужно отметить! Что будешь пить, дорогая сестренка?

– Уймись, – оборвал младшую дочь отец, и та замолчала.

Пожалуй, только Сергей Дмитриевич имел влияние на Екатерину, отличающуюся буйным нравом и абсолютной непокорностью. Одним лишь взглядом он умел сбивать с нее спесь, отчего та становилась кроткой на вид.

«Вот теперь обед может стать весьма приятным», – подумала Полина, глядя на оскорбленное выражение лица сестры, которая больше не посмеет сказать ни единого плохого слова в ее сторону. Их отношения никогда не отличались простотой, а в последнее время и вовсе приняли форму вражды. Полина терялась в догадках, отчего Катя не подпускает ее к себе, почему злится и всячески старается укусить. Объяснений этому она не смогла найти, а вскоре перестала заниматься анализом ситуации и предпочла дистанцироваться.

– Как ты, девочка моя? – спросила Елизавета Карловна, присела рядом с дочерью и принялась наполнять ее тарелку едой.

– Великолепно, – ответила Полина.

– Надолго в Москву? – поинтересовался Сергей Дмитриевич, с улыбкой наблюдая за лицом дочери, становившимся все мрачнее при виде нелюбимых блюд, которые придется впихивать в себя с вежливой улыбкой на губах. – Лиза, ты забыла, что Полина не любит дичь? Разве для нее ничего не приготовили?

– Тогда пусть пьет чай! – заявила Катя.

– Согласна на чай, – сказала Полина, – потому что мама не умеет варить кофе.

– Зато отцу нравится, – ответила Елизавета Дмитриевна. – Да, дорогой?

– Я люблю все, сделанное твоими руками, – с искренней простотой в глазах солгал Сергей Дмитриевич, отчего Катя покатилась со смеху.

– Особенно тот жуткий свитер, который мама вязала несколько месяцев, а ты угробил его на первой же охоте.