Королевство Красного Мора

Чернота начиналась с длинной ногтевой пластины и доходила до середины промежуточных фаланг.

– Говорят, у тех, кто… – я сглотнула нервный комок в горле, – кто служит Темной Матери слишком долго – пальцы удлиняются настолько, что задевают пол.

Он тихонько рассмеялся, а я боялась пошевелиться, чтобы не спугнуть его такого.

– Врут они все. Пальцы немного длиннее становятся, этого не отнять, да и когти могут вырасти, если не быть осторожным. Но в основном нас выдает чернота, которая ползет по рукам, – голос его все больше оттаивал, но я все так же не поднимала на него взгляд.

– А правда, что когда чернота дойдет до сердца, то ты его лишишься?

Вопрос прозвучал, и в воздухе будто резко стало больше электричества. Мне казалось, что от малейшего моего вдоха, ткань на подоле шевелится, и между слоями шифона проскакивают искры. Или это была пыльца?

– Посмотри на меня.

Я медлила. Поднять взгляд и наткнуться сейчас на его холод вновь – означало бы мой окончательный проигрыш, а я не хотела с этим мириться.

Теплые пальцы коснулись моего подбородка, и я подчинилась им. Всегда была готова подчиниться.

Я смотрела, и не понимала. Не понимала, что за игру он ведет, чего он хочет, почему молчал все сто лет, но больше всех меня интересовало лишь одно – осталось ли у него внутри хоть какая-то теплота ко мне. Он был все так же молод и красив, каким я его помнила. Но это больше не был тот Фобос, с которым я прогуливала фехтование, который защищал меня от мисс Лекс и ее занудных уроков этикета, не с этим Фобосом я делилась секретами и опасениями по поводу трона, не он сразу после покушения разбил Дельту, что шпионила за мной, превратив ее в гору металла и искусственной кожи голыми руками.

– Что если я тебе скажу, принцесса, что у меня давно нет сердца?

Я опешила, потому что за размышлениями уже забыла о вопросе, который задала, а когда вспомнила и до меня дошел смысл его ответа, Фобос уже оставил у меня на волосах короткий поцелуй и торопливо спускался по ступенькам в сад.

– Фобос! Фобос стой же ты, пожалуйста! – я срывала голос, и казалось меня слышит весь замок, только не слышит тот, ради кого я так стараюсь.