Бриллиантовый браслетик

Альке вдруг показалось, что в левом зрачке женщины она явно увидела свое отражение. Так обычно бывает, когда человеку напротив очень хочется заплакать.

– А сколько Веронике было тогда лет?

– Четырнадцать. А сейчас ей уже тридцать три.

– Татьяна болела?

– Нет, ее сбила машина. Я сразу забрала Нику к себе. Мне немножко было с ней сложновато, особенно поначалу: она – подросток, а я – взрослый человек, которому далеко за пятьдесят. Но в глубине души мы обе знали, что нуждаемся друг в друге, что у меня, кроме нее, больше нет никого, как и у нее, если не считать детской мечты о свидании с папой.

– И как произошла их встреча с отцом?

– Я не знаю. В телеграммах вся информация, которой я владею.

– Может, она разочаровалась после того, как увидела отца? Все же столько лет прошло. Пока он был для нее недосягаемой сказкой, она помнила его, а когда сказка превратилась в быль… Валентина Петровна неуверенно покачала головой: – Не знаю. Но она очень его любила. Однажды на День рождения, когда ей исполнилось пять лет, кто-то подарил ей куклу.

Она упрямо повторяла, что игрушку купил папа. А когда задувала свечки на торте, вслух произнесла свое желание: «Хочу, чтобы папа пришел».

Ее глазки были полны надежды, а пухленькие ручки с любовью прижимали к груди рыжеволосую куклу Дашу. Иногда Вероника бывает эгоисткой, но сколько бы горечи ей ни причинил близкий человек, в тяжелую минуту она всегда помогает.

– Вы думаете, что она на самом деле никуда не поехала, а обманула Вас?

– Не знаю.

Вообще, если Вероника уезжала куда-то, особенно надолго, то она всегда мне звонила или наведывалась погостить дня на два. Ей нравился Питер. Она скучала по нему. – Возможно, не было рядом телефона, «мобильный» разрядился, и она не смогла позвонить…, может, непредвиденные обстоятельства заставили резко изменить планы?

– Еще одна вещь насторожила меня. Телеграммы Вероника всегда подписывала традиционно: «Люблю, целую, Ника», а здесь – пустое «Вера»…, тем более, что «Верой» она чаще бывала для коллег и некоторых знакомых, а для меня – «Никой», – с самого детства.

– Не накручивайте себя раньше времени. Вот приедете, и все встанет на свои места. Потом еще смеяться будете над собой.

– Спасибо, Аля. Ты мне очень помогла. Может, я и вправду напридумывала себе всякой ерунды…, – это все старость! – Валентина Петровна по-доброму улыбнулась, с благодарностью посмотрев на свою попутчицу.