Лунные сказки

 – Разве такое возможно? В смысле сейчас ведь зима, так?

Брат рассмеялся.

– Всё дело в том, что там – другое полушарие, и всё в Австралии наоборот. Там даже собаки не гавкают, а воют, как волки. А-у-у-у-у! – изобразил он и рассмеялся. – Там очень интересно. Видел как-то пролётом через Россию.

Фрост настолько увлёкся рассказом, что только с пятого раза расслышал замечание Главного, который уже начал терять всё своё безграничное терпение.

– Фрост! Трифора! – прорычал он. – Три шага вперёд!

Братья переглянулись и повиновались.

– Ваше поведение вынуждает меня пойти на крайние меры, – сверкнув глазами, громогласно отчеканил Главный. – Вы двое выступаете первыми. Прямо сейчас. Пошли!

Тот, кого звали Трифора, побледнел, что было заметно даже на его безупречно-белом лице, а вот счастью Фроста не было предела. Он подступил ближе к краю облака и приготовился к прыжку, но тут вспомнил о своём новом знакомом и помедлил. Фрост взглянул в его лицо и тут же поник. Такого страха он не ожидал от бывалого сына зимы.

– На старт! – прогремел Главный.

Фрост сгруппировался, будто собрался прыгать с парашютом. Трифора последовал его примеру с некоторой заминкой.

– Внимание!

Нервы Фроста сдали, и он сиганул вниз. Сверху раздались изумлённые вздохи, но что ему было до их страха? Он был в восторге!

Свежий ветер режущей волной ударил ему в лицо и засмеялся серебряными колокольчиками в уши. Фрост падал всё ниже и ниже, любуясь каждой снежинкой.

Он распростёр руки и улыбнулся, представляя, как вскоре разобьётся о почву миллионами льдинок, а затем воскреснет снежными узорами на дереве, принимая свой обычный облик.

Вдруг его ударили по голове. Изумлённый Фрост посмотрел влево и увидел Трифору, который метал в него молнии взглядом чёрных глаз.

– Совсем ошалел, да? – перекрикивая ветер, сказал сын зимы.

– А что я такого сделал?

– Ты когда-нибудь падал?

– Нет.

– Тогда скоро поймёшь свою глупость. Смотри!

Фрост только успел повернуть голову вниз, как лишился зрения.

Он разбился, почувствовав такую боль, которая может сравниться только с мигом вечной смерти. Он потерялся – совсем потерялся внутри этой боли, будто сам стал ею, будто сам, подобно изощрённому мазохисту, бичевал себя, отдирая куски плоти от костей. Разве боль бывает такой?..

Но скоро. Скоро всё закончилось, и Фрост очнулся на ветке голого дерева где-то в центральном парке города.