Путь сокола

Я перепрыгивала через кусты и наконец-то увидела выход, а за ним Сагила, который чему-то обрадовался. Увидев разрезанную на плече рубаху и разбитую губу, он разозлился и хотел вызвать этого мерзавца на поединок, но того и след простыл. Он осмотрел рану, которая оказалась порезом, и повёл меня в крепость. По дороге я разревелась и, как тогда, уткнулась ему в грудь.

– Я дура, я такая дура! Больше никому не позволю к себе подойти! – рыдала я.

– Тише, милая, тише. Никто тебя больше не обидит. Я обещаю! – старался успокоить меня Сагил.

Мы вернулись в крепость, где нас встретили Шемяка с Роданом. Мне пришлось рассказать всё с самого начала, и воеводы переглянулись, после чего Родан велел найти Заряна и привести к нему.

На следующий день за мной зашел Шемяка, и мы отправились на площадь, где должен был состояться суд. Мне не хотелось выносить это на всеобщее обозрение. Надо решать всё тихим поединком один на один. Но правила есть правила, и не в моей власти их менять.

Когда мы появились на площади, Родан и Зарян уже были там.

– Расскажи, Зарян, как вчера было дело? – обратился Родан к виновнику.

– А что рассказывать? Я прогуливался по крепости, когда ко мне подошла эта девушка и попросила показать окрестности. Посмотрел – девушка с виду порядочная, а оказалась плехой* и, заведя меня в лес, стала приставать. Когда пытался отделаться от неё, то случайно порвал рубаху, а она на меня кинулась с ножом, ну мне пришлось вынуть меч, – спокойно ответил Зарян и победно посмотрел на меня, дав понять, что моему слову никто не поверит.

– А ты что можешь рассказать, Владимира? – обратился ко мне здешний воевода, и я заметила, как Шемяка еле сдерживает Сагила.

– Хорошо, я расскажу, как дело было, но что это изменит? Как я успела понять, Зарян является твоей правой рукой, поэтому моё слово не будет воспринято на веру. После того, как расскажу, потребую чтобы состоялся божий суд, – ответила я и, удивившись своей смелости, пересказала произошедшее ещё раз.

– Есть ли свидетели, которые могут доказать правдивость той или иной истории?

– За то, что Владимира права, я готов поручиться лично, – ответил Шемяка.

– Я тоже могу поручиться, что она не такая, как говорит этот… – встал Сагил.

– Если этого недостаточно, то я требую божьего суда! – сказала я последнее слово и посмотрела на улыбающегося Заряна.