Путь сокола

А тут вдруг и отец, и мать появились, да ещё и три брата.

Ссора

Когда мне сняли повязки, Славяна зашла спросить, не нужна ли помощь для сбора на вечерню. Я ответила отрицательно, и она вышла. Времени у меня было немного для размышлений, поэтому решила достать простую рубаху с обережной вышивкой по рукам, синий чехол с поясом и голубые бусы, которые очень шли к моим глазам. Надела простое плетенное очелье, новые сапожки и не забыла по привычке, которая у меня появилась, засунуть нож в сапог.

Пока дошла, веселье было в самом разгаре, и про рукоделие уже все забыли. До этого Славяна сказала, что на правах их дочери могу сесть рядом с Сагилом, но я решила остаться с братьями, чтобы не вызывать вопросов. Хоть то, что у воеводы появилась названная дочь, держалось в тайне от посадских, но слухи всё равно дошли до деревни. Шемяка улыбнулся, увидев меня в женской одежде и одобрительно кивнул, а Сагил зачем-то подмигнул.

Сидя за столом, я заметила, как старейшина что-то говорит своим сыновьям Круту и Круку, пока младший Кнур развлекался. Как только дело дошло до танцев, ко мне подошел Крут и хотел пригласить, но, получив отказ, удалился. Спустя время то же самое сделал и его брат, но ответ оказался тем же. Мне было ещё тяжело танцевать, поэтому  просто сидела и разговаривала с братьями, которые немного напряглись от такой настойчивости. Всё стало двигаться к завершению, и, выйдя из избы, я намеревалась пойти поспать.

Какая бы уставшая ни была, но не услышать шаги за спиной не могла, и догадалась, что эта парочка идет за мной. Когда они обогнали и перегородили дорогу, сон как рукой сняло.

– А почему такая важная особа одна? Неужели не нашлось достойных? – ехидно спросил Крут.

– Давай мы тебя проводим, а ты нас отблагодаришь? – отозвался Крук, и оба засмеялись.

– Сегодня полнолуние, а вы не похожи на достойных.

– Значит, станем! – хором воскликнули братья и Крут, взяв меня за руку, потянул к себе, за что получил удар ниже пояса. Тогда инициативу взял его брат и схватил меня за больную руку. Боль резко ударила в тело, и я согнулась, рассчитывала схватить нож.