Кэухъюз: город страха

Разве не странно, что здесь никого нет?

Конечно, это было странно. Но все предпочли промолчать. Я, по крайней мере, надеялся, что всему можно найти логичное объяснение.

Дойдя до развилки дорог, мы остановились.

– Эй, ребята! – тихо сказал Эмиль. – Не это ли наша гостиница?

Проследив за его взглядом, я был ошеломлён. Гостиница стояла на противоположной стороне, хотя я был уверен (да и не только я), что в тумане мы никуда не сворачивали.

– Да, это она! – кивнул Арне.

– Может, это другая гостиница? Мало ли их здесь, – неуверенно спросила Аннет.

– Это точно она! Я узнал её по синей двери и большой вмятине около ручки, – уверял нас второй пилот, уже подойдя к зданию.

Открыв дверь, Арне снова позвал капитана. Но никто не отзывался. Было как-то жутко находиться здесь, поэтому ни я, ни остальные не решились идти дальше вестибюля. Только Арне прошёл в сторону, где, как гласила табличка над аркой, находилась столовая.

– Вот вы где! – послышался радостный голос Арне.

Но мы не успели обрадоваться, как Арне закричал:

– О, Господи!

Я кинулся в его сторону. Вбежав в столовую, предо мной предстала картина: все пассажиры и капитан со стюардессами сидели за большим обеденным столом. Они не двигались, а на лицах были гримасы ужаса, будто перед смертью они увидели что-то такое, от чего их сердца остановились. Да, они все были мертвы.

За моей спиной оглушительно завопили девушки и рванули к выходу. Я схватил остолбеневшего от шока Арне за рукав и потащил за собой.

Ева и Аннет безуспешно пытались открыть массивные двери. Петер бесцеремонно отодвинул их в сторону и сильно толкнул дверь, но она не поддавалась. Нас кто-то запер! Пока Эмиль пытался с помощью своего веса вышибить проклятую дверь, я взял тяжёлый железный стул и запустил его в высокое окно рядом с выходом. Бросив попытки открыть дверь, все пустились в разбитое окно. Первых я пропустил девчонок, затем пролез Петер, я и Арне.

– Помогите! Томас, не бросайте меня! – запаниковал он.

Мы с Арне вернулись. Пытаясь вытащить бедолагу, мы потянули его за руку. Но тут сверху упал большой осколок стекла и пронзил шею толстяка почти насквозь. Эмиль захрипел, из его рта потекла кровь.

– О, чёрт! – крикнул я.