Я буду твоим первым

Я сглотнула подступающую волну злости и выдавила из себя улыбку.

– Да. И думаю о том, почему бы мне не поискать работу здесь, в Лондоне.

Мне показалось, или я правда услышала, как у мамы скрипнули зубы. Если начну получать лондонскую зарплату – то она останется без выбора и откроет мне доступ.

– О, конечно, – оживился Генрих. – Я могу посодействовать. Ты пока отдыхай, смотри город, а я за это время найду для тебя достойное место, Миола.

Чувствую, я засверкала от счастья. Вот так вот! Неудобно было, правда, уточнять, что работа надо мне как можно скорее.

– Мила, ну что ты… – залепетала мама. – Зачем тебе эта работа? В наших кругах много завидных женихов. Я тебя обязательно с кем-то познакомлю. Ты подумай, может, замуж выйдешь.

– Девочка хочет работать, – встрял Кристофер. – Это похвально. У меня, кстати, есть вакансия.

Я все-таки подавилась. Генрих сразу же протянул стакан воды, а мама, чисто по-русски, со всей дури хлопнула ладонью по спине. У меня не то, что застрявший кусочек выскочил, у меня чуть ребра не треснули.

– Мне как раз нужна помощница, которая свободно владеет русским и английским языком. Русский язык сейчас на вес золота.

Работать его помощницей? Этого напыщенного гада? Уж увольте. Я впервые за ужин стрельнула в него взглядом. Наши глаза встретились. Жар поднялся из низа живота и ударил в солнечное сплетение. Какого черта он буравит меня своим пристальным взглядом? От него мурашки по коже.

– Благодарю вас, но я…

– По работе я часто путешествую, – продолжил говорить он, будто не слышал мой протест. – Ненормированный график, но есть возможность получить массу впечатлений.

Ага, спасибо за массу впечатлений. Уже получила! Не убил утром, так в следующий раз доведет дело до конца. Едва я открыла рот, чтобы отказаться более решительно, Генрих сказал:

– Да, это отличное решение! Кристофер хорошо о тебе позаботится.

Нет, нет, вы что, сговорились? Даже мама молча ела, попивая вино из хрустального бокала.

Я перевела взгляд на лицо Кристофера. В глаза смотреть ему опасно. Сразу прошибает насквозь стрелами. Я уставилась на его рот – он изогнулся в довольной ухмылке. У меня от нее дрожь леденящая продрала по спине.

Помню эту ухмылку.