Ты больше не уйдешь!

Прохлада тут же пробежалась по коже мурашками. Одежда Адама валялась на полу, он уже полностью забрался в джакузи, устроил затылок на бортике и наблюдал из полуопущенных ресниц, как я иду к нему.

– Только не прикасайся ко мне, – сказала я, опускаясь в горячую, бурлящую воду. – Сиди там.

Адам отставил бокал и всколыхнул воду, приподнимаясь. Пена потекла по его мускулистой груди.

– Когда ты научишься слушать меня… – процедила я сквозь зубы, напрягаясь всем телом.

– Слишком мало места, чтобы не прикасаться друг к другу.

Я машинально, честное слово, подхватила в ладони облако пены и впечатала его в самодовольное лицо. Но цепкие руки уже обхватили мою талию и потащили. Адам мотнул головой, фыркнул, и клочки пены полетели в меня. Я зажмурилась. Стопы заскользили по дну, я на ощупь пыталась оттолкнуть от себя этот танк. Или тягач.

Едва он сел, я упала на него. Меня точно пронзило разрядом тока. Из кольца рук уже не выбраться. И кольцо это смыкалось туже.

Я упорно держала голову так, чтобы не приближаться к его лицу. Оттягивала неизбежное? Зачем он усадил меня к себе на колени? Не затем, чтобы смотреть на мое ухо.

– Малышка, мне никто не нужен кроме тебя.

А лучше бы смотреть ему в глаза, чем подставлять его губам свое ухо – в него будто влили карамельный сироп, и он растекся по плечам, груди.

– Перестань. Я тебе уже говорила, что не верю словам, а верю поступкам.

Адам провел ладонью по моей спине вниз, повторяя изгиб талии, задержался на пояснице. От прикосновения кожа зудела, ее будто покалывало мелкими горячими иголочками.

– Если бы ты чуть больше гуляла по лайнеру, то попала бы, возможно, в более милую ловушку.

– Я из-за тебя почти не выхожу из каюты! – Наконец повернула к нему лицо и напоролась на его потемневший взгляд, который отозвался снопом искр в сердце.

– Ненавидеть меня наедине с собой проще. – Адам мягко растягивал слова, гипнотизировал своим низким, рокочущим голосом. – А когда я рядом, это все труднее и труднее…

– Ты ошибаешься, – с трудом выдавила я из себя. – Когда ты рядом, у меня аж жжет в груди от ненависти.

– Жжет… Здесь? – Он с легкостью приподнял меня так, что моя грудь вынырнула из воды, и припал губами туда, где заканчивалось декольте.