Фосфен

– Вы, это кто? – спросил я под журчащий смех Алулы.

– Да все вы. Хочешь, я тебе белого слона подарю? Тогда слушай. Она тебя любит. Но не знает об этом. Вы не будете вместе; от неё пахнет холодным железом и смертью. Я продрог почти. Счастливого пути, Фернандо. Скоро увидимся.

И он улетел, оставив за собой штиль.

Весь оставшийся путь до гор я думал о его словах, и никак не мог взять в толк, что он имел ввиду. Я никогда до этого не разговаривал с ветрами, и не знал, как следует относиться к их словам. В груди моей пролилась печаль.

Через две ночи мы дошли до переливающегося моря колосьев, играющего с лучами звёзд. Ночная прохлада приняла нас в свои объятия.

– Кхм-кхм… – послышалось откуда-то с поля.

– Добрый вечер! – озираясь, ответил я.

– Добрый вечер.

Я повторил: – Добрый вечер!

– Скажите, а где ваши ружья?

Помню, пытаясь найти источник занятных вопросов, я крутился словно флюгер Башни Ветров.

– Мы без ружей, – ответил я подняв руки к верху. – Только походный чемодан.

С полминуты тянулось молчание, а я вглядывался в танцующие стебли колосьев. Алула начала светиться.

– А у вас есть куры?

– Ни одной. Но зато у нас есть походный чемодан.

– Быть может в нём у вас завалялась пара ружей? – спокойным тоном ответил ствол яблони.

– Совершенно нет, – ответил я.

– И даже ни одной куры?

– Даже самой маленькой.

Из-за дерева вышел Фенек, глубокий голос которого не соответствовал его пушистой мордашке. Он был грустен и одинок. Глядя на его уши я понимал, что он очень давно знал о нашем приближении.

– Что ж, – ответил он. – В таком случае мне не следует вас задерживать.

– Постойте, – сказал я. – Мы идём на Аляску, правильный ли мы держим путь?

– Аляску? Это на Земле?

Стало ясно, что Фенек не помощник в деле карт. Он явно здешний, и вряд ли уходил далеко за пределы своих мест.

– Да, это на Земле.

– А в Аляску есть охотники?

– Да.

– А куры?

– Пожалуй, птица там есть.

На секунду он задумался.

– Вы пришли.

– Мне кажется, там должно быть прохладнее, – ответил я.

– Приходите зимой, – с этими словами он исчез в золотой пшенице.

Мы переглянулись с Алулой и повернули головы на тропу. Спелые бутоны звёзд разливали по небу фиолетовый перламутр, а мы упивались Ветром. Он снова кружил фокстрот с колосьями и молча толкал нас в путь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».