Зимнее серебро

Здешние горожане охотнее покупали наш товар: прямо у стены нашего квартала располагался бойкий рынок.

– Это занятие не для девицы, – попыталась вмешаться бабушка, но дедушка только фыркнул.

– Золоту неведомо, в чьей оно руке, – заявил он и, нахмурившись, повернулся ко мне. Теперь он хмурился по-другому, совсем не сердито, скорее наоборот. – Тебе надо завести слуг, – сказал он мне. – Для начала хотя бы одного – хорошего простого парня или девушку, чтоб не гнушались наняться к еврею. Есть кто на примете?

– Есть, – кивнула я, думая о Ванде.

Она ведь уже привыкла к нам, а в нашем городке у крестьянской дочки не очень-то много возможностей работать за жалованье.

– Очень хорошо. Больше не ходи сама к заемщикам, – продолжил дедушка. – Отправляй вместо себя слугу, а все недовольные пускай идут разбираться в твой дом. И заведи себе стол. Будешь принимать за ним заемщиков: ты сиди, а они пусть стоят.

Я опять кивнула. Когда мы уезжали, дедушка вручил мне полный кошель пенни – всего там было пять копеек, – чтобы я пустила их в дело в окрестных городишках, где нет своих заимодавцев.

Дома я спросила отца, приходила ли Ванда. Отец тоскливо посмотрел на меня; глаза у него ввалились и были полны печали, хотя мы уже много месяцев не голодали.

– Да, приходила, – тихо ответил он. – Я сказал ей, что это не обязательно, но она все равно приходила каждый день.

Вот и прекрасно, решила я. И в тот же день, как только Ванда закончила работу, я завела с ней разговор. Отец у нее здоровяк, да и сама Ванда высокая, плечистая.

Ладони у нее широкие, руки покраснели от работы, ногти подстрижены коротко, лицо перепачканное, а длинные золотистые косы убраны под платок. Вечно она угрюмая, бессловесная и ходит вся набыченная.

– Я хочу больше времени уделять расчетам, – сказала я Ванде. – Мне нужен кто-то, чтобы обходить заемщиков и собирать с них деньги. Если возьмешься за такую работу, я буду платить в день не полпенни, а целый пенни.

Она долго стояла в нерешительности, словно не была уверена, что правильно меня поняла.

– Тогда отцовский долг будет выплачен скорее, – наконец выдавила Ванда, как бы уточняя, не ошиблась ли она.

– Когда долг будет выплачен, я буду все так же платить тебе, – опрометчиво заверила я ее. Но если Ванда займется моей работой, у меня появится время объехать окрестности и найти новых заемщиков. Мне не терпелось распорядиться тем озерцом серебра, которое разлил передо мной дедушка.