Привокзальный мальчик

– Ну сколько можно спорить?! – воскликнул он, и, отвернувшись к зеркальной стене лифта, стал трогать серебристую поверхность рукой, точно видел свое отражение впервые.

Лифт опускался удивительно медленно.

«Какой странный!» – в очередной раз подумала Лида. И тут двери лифта раскрылись, стоило им выйти, как кнопки резко потухли. В коридоре свет замигал и тоже потух. Дремавший на посту охранник сразу очнулся и зажег фонарик, смешно проворчав:

– На тебе, етить твою налево! Эй, припевочка, смотри не ушибись, я проверю, что за ерунда… – сказал охранник и ушел, в темный коридор.

Лида замерла, соображая, как мальчишка мог узнать об аварии. А тот молнией проскочил мимо поста и свернул к черному ходу.

– Эй, стой! Туда нельзя, вернись! – закричала Лида, замешкавшись всего на секундочку, и рванула вслед за ним.

Она спешила за еле уловимой в темноте фигурой, предчувствуя беду. Ведь мальчик был явно не в себе. Что он может учудить? Вдруг он вор, как сказала Аня, или, что еще хуже, наркоман? Может он устроил аварию, проник в больницу и только и ждал возможности что-нибудь натворить?

– Да поторопись же! – топнул он нагой, ожидая ее у черного хода.

Лида толкнула дверь и, жмурясь от яркого солнца, вместе с чужим мальчишкой вывалилась на улицу. У тротуара стояла машина скорой помощи, а у электрического щитка оживленно переговаривались дворник и охранник. К ним уже спешили электрики.

– Пошли скорее, автобус уже завернул, еще квартал, и он на нашей остановке. Ты должна на него успеть, понимаешь?

– Да что ты ко мне привязался? – не выдержала Лида.

– Непременно, только шагай, – он схватил ее за сумку и потащил к стеклянному павильону напротив больничного сквера. Лиде пришлось пуститься рысью, чтобы поспеть за ним.

– Вот так, – он перестал тянуть сумку, только когда Лида ступила на платформу остановки, – теперь будем ждать.

Мальчик отошел от Лиды под козырек и, казалась, совсем перестал шевелиться. Лида тоже отошла от него подальше.

«И слава богу!» – подумала Лида.

Она украдкой глянула на часы в телефоне – 18.30. Люди оттеснили ее в середину салона и зажали. Но едва тронулись, как на задней площадке тревожно вздохнули женщины. Завизжали тормоза. Стоявшие пассажиры стали падать друг на друга.