Я бегу по снегу босиком дальше

Ну как все… То немногое, что удалось узнать, и о том мизерном, что успел сделать.

Все это лето (с начала стремительной ссылки его на Камчатку) сиятельный Клавдий налаживал связи, слушал и узнавал. Дело в целом было паршиво. Не напрасно враг всего рода людского так усиленно им намекал после бала*. И самое неприятное: Клавдий просто не понимал, в чем настоящая причина всего здесь происходившего.

Откуда такое внимание всех представителей мира иных к этому захолустью? Толпы нарушителей на границах, буквально штурмующие все преграды, тьма мелкой нечисти в каждом углу словно вылезла из всех щелей этого мира.

Как ночные бабочки на свет огня – они летели, их отлавливали, развоплощали, а они снова все лезли и лезли. Камчатский такой апокалипсис.

Время близилось к полуночи. За темными окнами клубился густой, холодный туман. А Клавдий все говорил и говорил.

– Ты, я смотрю, так удачно сбежал от беременной жены, что работа греет твои душу и тело, как крепкий виски. – устало уронил ему Лер, переместившийся от стола в глубокое кресло и уныло подпирающий щетинистую щеку большим кулаком.

– Беременные наши богини очень… нуждаются в заботе – тщательно подбирая слова так, словно супруга могла их услышать за десяток тысяч километров, смущенно пробормотал Клавдий и почесал лысину указательным пальцем левой руки – но ты не спеши так страдать, осталось совсем немного, лишь самое важное и касающееся только всех вас.

Его слушатели оживились. Венди сняла капюшон пижамы, успешно скрывавший ее малодушную дрему, тряхнула успевшими высохнуть волосами и весело улыбнулась, щуря озорные и заспанные глазки.

Лад обрадованно потянулся, Лер заерзал в кресле, словно подчеркивая всю степень своей заинтересованности.

Клавдий явно устал от долгого разговора. Стакан давно стоял на столе, напиток в нем был не тронут (близко знакомые с Инквизитором давно заметили, что он всегда себе наливает, но не пьет).

– Новости сюда доходят, как караван из Египта и до Китая.

Давайте я займу у вас еще десять минут, и всех отпущу. Утро вечера, как известно… И даже по местному времени.

– Да, разумно. Всем надо бы отдохнуть. И тебе, дорогуша. Вид у тебя… – Ладонис скорбно покачал головой, поджав многозначительно губы.

Клавдий молча кивнул, хмыкнул, деловито взглянул на дорогие наручные часы, и продолжил свой монолог:

– Моя хорошая новость пусть вас порадует. В связи с «теплой встречей» группа будет усилена.