Танец с тенью

Выскользнув из здания Управления Уголовного Розыска на проспекте Римского-Корсакова, в котором Питерское отделение Инквизиции занимало весь обширный подвал и первый этаж, Лер двинулся в сторону Васильевского острова. Его путь лежал по улицам «культурного центра Северной столицы», но жителей этого города так просто не удивить банальной черной тенью, бегущей по сумрачным линиям улиц.

Пора белых ночей еще не наступила, город был непривычно пустынен и темен. Санкт-Петербург – город Сумерек.

Накрапывал дождь, нестерпимо пахло асфальтом, крысами, бензиновым духом автомобилей и черемухой.

Северный май. Гуло снова пожалел, что предпочел путешествие зверем. Лапы ныли от соприкосновений с асфальтом, шкура намокла. Звуки спящего города, не тревожащие человеческий слух, росомахе казались нестерпимо громкими. Прогрохотал новый трамвай. Шарахнулся неурочный прохожий, выводивший на ночную прогулку свою трусливую мелкую дворняжку, еще долго терзавшую слух Гуло писклявым лаем в спину.

Последний мост он пролетает широким галопом, успев поймать несколько вспышек телефонных камер из проезжающих мимо машин.

Горожанам будет что завтра утром обсудить. Если не забудут.

Набережная, крутой поворот в сквер. Теперь можно скрыться в дебрях Васильевского острова, двигаясь дворами и проскальзывая в ниши подворотен.

* * *

Васильевский остров был его вторым домом. Давно, уже очень давно Венди пришла в голову шальная идея, радостно поддержанная Ладоном, и они рванули в Питер «учиться в Университет».

К его величайшему изумлению, поступила тогда не только она, Гуло тоже прошел бешеный конкурс, пусть одним из последних по списку, но был зачислен.

Зачем?

Ди вообще постоянно училась, следуя, скорее, импульсам интуиции, нежели руководствуясь разумом. Вот захотелось ей тогда. И непременно на геофак.

Романтика, глубокие знания, новые друзья. А он, как всегда, был рядом. Поначалу все именно так и было. А дальше их закрутил водоворот студенческой жизни, галимая, голодная романтика смутных лет.

Когда выживали, торгуя сигаретами, моя подъезды и разгружая вагоны со спиртом. Весело, оглашенно, не оглядываясь.

Именно тут впервые в жизни Гуло увидел полные любви девичьи глаза, смотревшие на него, как на центр вселенной. Никогда до тех пор никто так его не любил. Первая красавица факультета, редкая умница по имени Надежда. Чуть не половина мальчишек курса была в нее безнадежно влюблена. Вторая половина была лучшими друзьями Нади.

Яркая, веселая.