Нежная боль

Это правда?

Сейчас он посмеется и скажет, что это бред. Чушь несусветная. Вера в справедливость, никак не хотела меня покидать.

– Алина, это был старый вариант договора, в который Тимофей Петрович не успел внести поправки. В случае его смерти, все компании и имущество перейдут к ближайшим родственникам.

– А приют? – всхлипывая, спрашивала я, заранее зная ответ.

– Он тоже, – сухо проговорил он. – Вы могли рассчитывать на долю, при наличии ребенка, но как я знаю, его нет.

– Я поняла, – ответила ему, сбрасывая вызов.

Так это правда. Я лишилась всего. Муж при смерти, строительство приюта заморожено, а я на улице. В полном дерьме. Погружаюсь в него все глубже и глубже.

Тимофей Петрович, как же так? Как бы то ни было мой долг быть сейчас с ним, я многим обязана этому человеку. Поднялась со скамейки, намереваясь отправится в больницу. Открыв кошелек, пересчитала оставшиеся крохи, которые должно было хватить на проезд в общественном транспорте, отправилась в сторону остановки.

Я шла по дороге, до ломоты в пальцах, стискивая свою сумку. Рядом проносились дорогие машины, словно лишний раз указывая на мое ущербное положение. Как мне с эти со всем справиться? Что скажу детям? Они так на меня надеялись, а я не оправдала их ожидания. Из-за меня им придется продолжать жить в ужасных условиях, в обветшалых, старых, сырых помещениях. Я жалкая… Корила себя за все. Что не была дальновидной, не подготовилась к удару судьбы.

Продолжала идти по улице, жалея себя, детей, мужа, не замечая, что за мной следует черный внедорожник.

Громкий звук сигнала заставил меня дернуться от испуга. Не оборачиваясь, продолжала идти, считая, что он предназначался не мне. Просигналили еще раз, и стало не по себе, испытывая страх и нехорошее предчувствие. Ускорила шаг, глазами ища проклятую остановку. Задыхаясь от быстрого шага, быстро передвигала ногами, молясь, чтобы это оказалось чья-то дурацкая шутка.

Поняла, что все серьезно, когда огромная рука зажала мне рот, не давая выдавить ни звука.

Глава 4.

СТАС.

– Стас Тимофеевич, ваш кофе, как и просили, – жеманно проговорила Лика, ставя передо мной чашку с моим любимым ристретто, призывно улыбаясь.

Мельком бросил свой взгляд на своего нового личного секретаря, но даже его было достаточно, чтобы понять, чего она жаждет.