Крыса и Алиса

– Я так поняла, что меня принимают за Екатерину Кострову. А я Алиса Машкова.

– Прошу тебя, не начинай свой очередной бред, – взмолился доктор.

– Я недавно была знакома с женщиной по имени Кэт. Думаю, что из-за нее и попала сюда. Эта особа с первых минут пугала меня. Она увела моего мужа, ударила меня по голове каким-то мешочком, и я почему-то оказалась здесь под ее именем. Существуют же методы, чтобы проверить – Кострова я или Машкова? – быстро протараторила я.

– Фу, как я от тебя устал, Кострова! – выдохнул доктор.

Я понимала, что этот разговор – почти единственный шанс убедить доктора в том, что я не Кэт. Важно не разозлить его и не утомить, а при этом найти аргументы для своего спасения. Нужно сделать что-то исключительное.

– Я понимаю, что вы мне не верите. Кем была Кэт?

– Тебе ли не знать свою биографию? – уклонился он от ответа.

– Хорошо. А Кэт умела рисовать?

– Не припомню.

– Прошу вас, пусть мне принесут ручку или карандаш и листок бумаги. Я профессиональный художник Алиса Машкова. И вы сами сможете в этом убедиться.

Доктор махнул рукой и протянул мне свой планшет с листом бумаги и ручку.

Никогда еще от моих набросков не зависела моя судьба. Я быстрыми уверенными линиями изобразила доктора, верзил-санитаров и медсестру.

– Во дает! – восхитился Илья.

– Поймите! Я много лет этим занимаюсь.

Доктор рассматривал наброски, приподняв очки.

– У нас нет информации относительно этих способностей Костровой.

– Вы как психиатр можете обследовать меня и убедиться, что мы – два разных человека.

– Знаете, меня, как психиатра, удивляет не ваша способность рисовать или ваше согласие на дополнительное обследование, а ваша манера говорить и убеждать.

– Близорукие?

– Нет. Нормальные.

Я отметила про себя, что доктор уже не обращается ко мне как к Костровой. А тут еще и Илья:

– Да, док! Какая-то она не такая.

– Спасибо! – кивнула я ему.

Он мне подмигнул.

– Что ж, давайте общаться! – предложил доктор.