Перст судьбы

– Она всегда любила тебя больше, ты помнишь, мы двойняшки, – ее глаза сияли безумным блеском, рот искривился. Свет луны искрился на острие кинжала, опоясывал его синей змейкой и сливался с рукой владелицы, она дернула руку вниз и женщина, у стены вскрикнув, осела на пол, безвольно повесив голову.

– Ма! Бедная Ма, что ты наделала паршивка! – сестра, упав на колени, между мной и беловолосой женщиной, билась в притворной истерике, заламывая руки. Я приподнялась на локтях и вжалась в арку окна. Тем временем, от тела Айссирис поднимался белый прозрачный туман.

– Ты хотела стать правящей главой дома, моя предательница дочь! – туман принимал форму женщины, – ты просчиталась, правитель всегда выбирает наследника сам!

Образ женщины переместился ко мне, вдавливая в кладку, на долю секунды окутав водоворотом белой дымки, растворился внутри меня. Тело пронзила резкая боль, я вскочила на ноги, сестра поднялась растерянная и разочарованная. Я закричала, шагнула, ей на встречу выбрасывая вперед руку, сжала в кулак.

Девушка начала задыхаться, схватившись руками за горло, принялась отчаянно его царапать, пытаясь избавиться от невидимой удавки. Я, пронизанная ненавистью и злобой почти не осознавая своих действий, сжимала сильнее, она сопротивлялась, мои ноги охватило пламенем, я щёлкнула пальцами, и огонь полыхнул под ее ногами, пожирая подол платья расшитого драгоценностями. Внезапно на меня обрушился ледяной водопад, растерявшись от неожиданности, я захлебнулась под струями воды, но руку не разжала.

– Уходи Айшени, сейчас здесь будет гвардия правительницы, я открыла портал, – очень тихо рядом с моим ухом раздался древний скрипучий голос Маньян. Я выбросила вперед вторую руку, и рыжая стерва-сестра вылетела в арочное окно, неловко взмахнув руками. На лестнице уже слышался громкий топот и голоса. Бросив взгляд на растерзанное тело с обвисшими измазанными в крови белыми волосами, я вытерла тыльной стороной рукава набежавшие слезы и, шагнув в центр комнаты, где уже поднимался к потолку синий луч, провалилась в падение.

Резкий удар, я ахнула и открыла глаза. Светало, метель стихла, мужчина спал, на своем топчане, отвернувшись к стене. Потирая ушибленную спину, я залезла обратно на печь, с которой видимо, упала во сне, укуталась в тонкое одеяло и закрыла глаза. Адреналин все еще бурливший в крови вызывал в теле мелкую нервную дрожь. Гибель Айссирис отдавалась в груди глухой болью, и на глазах наворачивались слезы.