Поглощенные туманом

Люса садится на опустевший стул и кажется большой, одинокой, как далекая гора на горизонте.

– Я сойду с ума от этой девчонки.

– В ее возрасте я была такой же.

– Ты и сейчас не изменилась, – отрезает Люса. Она не смотрит на Нику. Буравит пол, будто он виноват во всем. – К чему разговоры о призраках? Мими и так постоянно о них говорит. Вечно читает умные книжки об экзорцизме, духах и потусторонних мирах. Замок для нее – это лаборатория. А теперь еще подопытная крыса появилась.

– А почему вы так противитесь этому? Я вечно сталкиваюсь с аномальными вещами, и ничего.

– Жива, но разве счастлива? – Люса вскидывает голову и глядит на Нику.

– Поверьте, духи здесь точно ни при чем. – Ника морщится. – Скорее, живые.

– Прости. Я сунула нос не в свое дело.

– Не переживайте, сама грешу подобным.

Голос Ники ломается, как тонкая веточка. Она всегда старалась говорить непринужденно, и иногда ей казалось, но лишь казалось, что у нее получается. А на деле каждый звук, слетающий с губ, выдавал истинные чувства.

Люса усмехается и накрывает ладонью ледяную руку Ники:

– Ты чувствуешь духов, а я вижу раненые сердца. У каждого человека свой дар. – Она смотрит на дверь, через которую убежала Мими, и качает головой. – Но я не могу найти подход к собственной внучке. Бедной девочке пришлось пережить смерть родителей, и я – слабая замена. Мими ищет их в том мире, невидимом для нас, а я хочу, чтобы она отпустила прошлое.

– Они давно погибли?

– Два года назад.

– Кто?то еще умер?

Каждый вопрос вызывает в Нике бурю протеста. Но она не может не спросить, потому что любая деталь дополнит картину того, что она видела в холле.

– Не важно, – отмахивается Люса. – Уже поздно, деточка. Бери новый графин с водой и больше не гуляй по ночному замку. Иначе будут сниться кошмары.

Ника робко улыбается:

– Спасибо за чай. – Она встает, но в последний момент замирает.

Люса тут же хмурится:

– Эта история как омут. Засасывает любого, кто хоть раз ее услышит. Поэтому не проси меня об этом.

Слова звучат как замогильный шепот, или у Ники разыгрывается воображение. Но даже лицо Люсы бледнеет и превращается в гипсовый слепок. Один из тех, которые Ника видела на стенах замка. Бескровный, безжизненный и обреченный.