Вредина для Майора

Под распахнутой курткой светлая рубашка обтягивает налитые мышцы прокачанного торса. При каждом вздохе тонкая ткань натягивается так, что я с наслаждением разглядываю умопомрачительный мышечный рельеф.

Прикусываю губу, чтобы не выдать нечаянным всхлипом всю глубину моего зрительного упоения, и продолжаю свой экскурс по столь привлекательному телу.

Длинные ноги, с трудом помещающиеся в проходе, тоже не лишены атлетической красоты, а серые брюки с идеально выглаженными стрелками лишь подчеркивают их мощь.

Он до мурашек хорош! Просто чертовки красив! И я, словно юная школьница, изнемогающая по молодому преподавателю, тону в нереальности тех чувств, что клубятся во мне неуемным торнадо.

– Приехали. – Усталый голос водителя прорывается сквозь пелену моего опьяненного сознания. Быстро моргаю, прогоняя марево мечтательности, и кое-как фокусирую взгляд. Гляжу за окно, пытаясь понять, где мы.

– Но это не мой…

– Это его дом, – прерывает моё робкое возмущение таксист.

– Мужчина! – пытаюсь растолкать уснувшего пассажира. – Мужчина, вставайте!

Но все тщетно. Даже громкий бас водителя лишь на мгновение приводит моего попутчика в чувство, он открывает глаза, смотрит на меня невидящим взглядом, но вновь уплывает в объятия Морфея.

– Мужик, выходи! Приехали! – Раздражение в голосе таксиста коробит и толкает меня на необъяснимый поступок: вести здорового (он почти на полторы головы выше меня, раза в два шире, ну и веса в нем точно под сотку) мужика, при этом еще и нетвердо стоящего на ногах, до квартиры – то еще приключение!

Но отчего-то мне совсем не страшно.

Может, класс жилого фонда, наводящий на мысль о солидности и адекватности его обладателя, может, весь его внешний вид определённо не заядлого алкаша, не бандита и не извращенца, а, может, еще какая-то внутренняя безбашенная интуиция шепчет мне, что я под защитой?

Светлый подъезд с любопытным дедком-консьержем.

– Почему Ромашка?

– Ты пахнешь ими.

Горячее дыхание обжигает затылок. Широкие ладони ложатся на талию, и мое маленькое беззащитное тельце впечатывается в горячую стальную глыбу. Все как в тумане.