Ягодка

Первое время на кухне работала одна Ягодка, а посетителей без всякой зарплаты обслуживали ее давние друзья Клер и Стенли. Несколько раз Ягодка оказывалась на грани провала, но упорство, феноменальная работоспособность и везение помогли ей справиться со всеми бедами.

Через пять лет после открытия «Джеффро» входил в тройку популярнейших ресторанов Ньюайленда, и сам Спайк Дентон захотел рассказать о них в своей программе.

Ягодка резала грибы, не обращая внимания на черный локон, выбившийся из-за колпака. Она рассчитывала, что Спайк хорошо отзовется о «Джеффро», но с ним ничего нельзя было знать наверняка.

– Мисс Эпплберри, надо привести вас в порядок.

К Ягодке подошла гример и стала запихивать непослушный локон обратно под колпак.

– Оставь ее в покое, Николь, – Спайк оторвался от стены. – Сделать Ягодку лучше не удастся даже тебе.

Ягодка вспыхнула от негодования. И неважно, что ее прозвище известно всему Ньюайленду, а по имени ее не называет никто, кроме матери и подчиненных. Совсем необязательно говорить о ней так в присутствии незнакомого человека.

– Начинаем через пять минут, – скомандовал Спайк.

Сердце Ягодки ушло в пятки. Какая разница, как он назвал лично ее. Главное, что он через пять минут скажет о ее детище.

– Не дрейфь, Ягодка, – шепнул Спайк, проходя мимо. – Я ничего не знаю о крысах в твоем подвале.

Ягодка уронила нож.

– У меня нет крыс в подвале!

Все, кто был на кухне, с удивлением обернулись, а Спайк насмешливо подмигнул.

Ягодка подняла нож и вернулась к грибам. Можно было только надеяться, что он не вставит эту дурацкую реплику в программу.

Съемки начались. Спайк попросил всех работать как ни в чем не бывало и не обращать на них внимания. Ему был нужен живой « Джеффро», а не постановочный театр, и он клялся, что проведет в ресторане месяц, чтобы все привыкли к камере и не деревенели, когда он заходит в помещение.

Над его шутками смеялись от души, но никто не обольщался на его счет. Спайк Дентон умел быть самым обаятельным человеком на свете.

Но и самым безжалостным.

В тот день Спайк вел себя в «Джеффро» как хозяин. Открывал все двери, подсаживался за столик к клиентам, задавал провокационные вопросы. Наблюдал за поварами и официантами, шутил, говорил комплименты, во все вникал и все замечал.