Её ночной секрет

А Давид, мать его, Станиславович обращает на меня свое бесценное внимание только лишь в моменты профессиональной необходимости!

– С тобой все в порядке? – перешёл он на неофициальное обращение, а в голосе звучало беспокойство.

– Да, – утвердительно кивнула я, сделав глоток холодного напитка.

– Точно? – В его взгляде мелькнуло сомнение в правдивости моего ответа. – Ты покраснела. Может, стоит прилечь?

Я чуть не подавилась от двусмысленности этой фразы. Прилечь? Нам?

ГЛАВА 4

На его лице отразилось беспокойство.

– Извини, – пробормотала я, мысленно отвесив себе оплеуху, – у меня действительно все хорошо. Просто немного задумалась…

Я перевела взгляд на чашку в своих руках, дабы не утонуть окончательно в омутах его манящих глаз.

– Документы на столе, – вернулась я к рабочим вопросам, – сейчас принесу.

– Нам пора выезжать. – Давид сверился со своими наручными часами.

– Да? – встрепенулась я, избавляясь от ненужных фантазий.

– Да… – Он замялся, будто хотел сказать еще что-то.

– Хорошо, – кивнула я, неловко вставая со стула, и оправила платье, юбка которого сейчас казалась не слишком короткой, а декольте на груди – вызывающим.

Он окинул меня непроницаемым взглядом, передернул плечами, будто стряхивая осевшую на его идеальный образ невидимую пыль обыденности, взметнувшуюся в воздух от моих действий. Я обошла его и с гордо поднятой головой направилась в кабинет.

«Дура ты, Кравец! Дура с большой буквы «Д»! – ругала я себя последними словами. – Нахрена вырядилась так?! И как теперь пережить пять часов в непосредственной близости, когда его реакция на весь наряд явно не в твою пользу?»

В кабинете накинула пиджак и застегнула его на все пуговицы, взяла нужные папки с докладом и распечатками презентации. Несколько глубоких вдохов-выдохов немного успокоили мое сердце, бешено колотившееся от волнения, которое охватывало меня всякий раз при встрече с ним.

Ехали в полном молчании, и это угнетало, даже ненавязчивые мелодии популярной радиостанции не могли пробиться сквозь густую тишину, царившую в салоне. Я теребила край пластиковой папки, нервно покусывая нижнюю губу. Дрожь пробегала по телу от смешенных чувств, накатывающих на меня в его присутствии в точение всего времени нашего знакомства.

Восемь лет я знала его как друга семьи, и уже полтора года я работаю с ним бок о бок.