Принцесса изо льда

Хоть теперь полнота и считалась эталоном красоты, худеньким тайно завидовали. Помимо этого у неё был, насколько можно судить по закрытым глазам, тот самый миндалевидный разрез глаз, который из-за смешения крови практически утратился. Лишь аккуратные пухлые губы неестественного синеватого оттенка говорили о том, что девушка не спит, а продолжает существовать лишь благодаря заморозке.

Через два дня начнётся разморозка и уже через неделю или чуть больше можно будет сказать, был ли эксперимент удачным.

***

– Что вы можете сказать об эксперименте? Девушку уже разморозили или она всё ещё в капсуле? – стоило только показаться группе учёных на пороге университета, как их тут же обступили со всех сторон проныры-журналисты.

– На данный момент мы не можем говорить наверняка, температура тела ещё не достигла нормы, вы и сами должны понимать, что это не тофу, а человек, его нельзя оставить у обогревателя, – натянуто улыбнулся в камеру один из студентов с лисьими глазами и торчащими во все стороны фиолетовыми волосами.

Вот уже четвёртый день учёные пытаются аккуратно и равномерно повысить температуру тела девушки. День и ночь они по очереди дежурят возле капсулы, наблюдая за показателями. И дело уже даже не в защите диссертации, а в том, что они по-настоящему загорелись, оказались на пороге чего-то грандиозного.

– Сколько там, Мин? – спросил высокий парень в белом халате, являющимся униформой университета, одногруппника, который тёр уставшие после ночного дежурства у капсулы глаза.

– Кажется, – зевая, отозвался он, – тридцать пять или четыре, – протянул, заваливаясь на бок и почти падая на пол. Его вовремя подхватили другие студенты и тут же унесли в комнату отдыха. Это уже не первый случай, так что они привыкли действовать оперативно.

Парень в белом халате тут же подлетел к капсуле, проверяя все жизненные показатели.

– Понижайте температуру! Нужно открыть капсулу! – закричал он. Когда температура в помещении опустилась до двенадцати градусов, студенты, успевшие надеть куртки, уселись вокруг капсулы, изучая испытуемую вживую, без стекла.

Её губы уже приобрели более здоровый оттенок, но всё ещё оставались слегка посиневшими, на коже теперь можно было разглядеть выступающие потихоньку сосуды, а без стекла она казалась ещё более светлой и идеальной.

– Неужели в прошлом веке все девушки были такими красивыми? – протянул один из студентов.