Пятьсот дней на Фрайкопе

Куда проще, если бы их было двадцать шесть, но без Джироламо.

Оллибол когда-то сказала Рин: «Ты только проследи за ним, а я за всеми остальными». И Рин лишь однажды согласилась – этого оказалось достаточно, чтобы превратить единичный случай в традицию.

– Ты понимаешь, что на мне было двенадцать человек! И всех нужно подготовить к прогулке, проверить, одеты ли они, приняли ли лекарство! А он сидел такой тихий… И он улыбнулся мне этими своими… ямочками…

«Такой тихий» – значит «что-то задумал», и уж Оллибол ли этого не знать? Но Рин ее не осуждала: с тех пор как Лью уехал, все стало в разы сложнее…

– Джироламо! – Рин первой забежала на кухню.

Самое важное – не показывать, что что-то идёт не так. Бьется посуда? Рин этого не видит, рвутся простыни – и этого тоже. Он расплескивает краску по полу, чертит пальцем на стенах – Рин делает вид, что и это в порядке вещей, ведь он не понимает, что приличные люди так себя не ведут.

Джироламо сидел в коляске, скрючившись, словно когда-то ему со всей силы дали под дых, а его позвоночник запомнил форму вопросительного знака и не имеет больше никакого желания восклицать.

Дрожащей рукой он держал тарелку и угрожающе мычал – сейчас она полетит на пол, наделает шуму, распадётся на опасные осколки, добавив работы Рин, но она сделает вид, что это в порядке вещей, пациентов не наказывают, за ними ухаживают. А Джироламо еще и терпят и стараются утихомирить.

– Твои конфеты с предсказаниями… мятные… – Рин с отчаянием смотрела на пациента, держа в руках коробку конфет.

Тарелка в его руке миролюбиво опустилась на колени. Рин подошла к столу, не задев ногой ни одного осколка.

– Я поставлю ее сюда, буду доставать по одной, и ты выберешь.

Этому фокусу она научилась за недели долгих мучений. Сколько истерик пришлось пережить для того, чтобы до неё дошло, как именно нужно давать ему эти конфеты. Зато теперь Рин ощущала себя, по меньшей мере, высококвалифицированным врачом по работе с выжженными магами.

Нужно было распаковать коробку, медленно. Достать конфету в обертке, открыть и зачитать вслух предсказание. Если Джироламо стучал кулаком по поручню коляски, конфета заворачивалась обратно. Если же он долго и пристально смотрел в никуда, Рин ее отдавала.

– Сегодня вас ждёт хороший день, – зачитала Рин.

Тарелка угрожающе поднялась в воздух – видимо, это новый способ поиздеваться над ней.