Хороший список

К вечеру у Мэта поднялась температура, Вильфионеда сказала, что его организм слишком слабый. Поначалу она помогала мне сменять холодные примочки на голове мальчишки, но, увидев, что я справляюсь, довольно быстро ушла спать, сославшись на усталость и головную боль.

К утру температуру удалось сбить, и я смог оставить Мэта под присмотром веревки и занялся трупом Беатрис.

Через пару часов тщательно вымыв руки с мылом и опустошив полбутылки коньяка, я все же улегся спать в гостиной на софе.

Меня срубило почти сразу под недовольное шипение со второго этажа.

Глава 4. Темир-агач

– Безусловно, я не буду этого делать! – Вильфионеда, конечно же, восприняла мою идею негативно, но я ожидал, что первая реакция у собравшихся за столом будет именно такой. Мэт молчал, но всем своим видом поддерживал хозяйку дома.

– Объясняю еще раз, – я был готов объяснить еще десять раз, если потребуется, – мы будем каждое утро принимать яд маленькими порциями, постепенно приучим организм, таким образом, никто в этом доме не умрет от отравления.

– Мы можем погибнуть от чего угодно помимо яда! Ты понимаешь, что значит пить яд каждый день? Это значит каждый день по своей воле испытывать боли в животе, анемию, тошноту и остальные мучительные симптомы. И для чего? Ну, напали на тебя, что с того?

– Напали один раз – нападут еще. А отравление – самый простой способ добраться до человека.

– Ха! Вот еще! Обойдусь как-нибудь без этого, тем более не хочу, чтобы от меня плохо пахло.

– Брось, этот запах могут уловить лишь веревки.

– Даже если и так, – она резко поднялась из-за стола. – И долго еще мой дом будет гостиницей для обездоленных? Мальчишка жив, сыт, пусть уходит.

– Он обязательно уйдет чуть погодя. Мне он временно нужен.

– Я не стану долго этого выносить! У тебя есть еще день, и я не хочу больше его видеть.

С этими словами она удалилась на террасу и демонстративно поставила соломенный стул к нам спинкой.

Была во всем ее поведении какая-то странность, которую я не мог уловить.

– Ну, Мэт, давай попробуем привлечь твоего заказчика. Мне важно выйти на него.

– Конечно, сеньор Варковски, – голодранец набил рот сыром и шоколадом, подобно хомяку, – мжт мы ппрубуем избрзить Вшу смерть?

– Прожуй уже и потом скажи!

– Попробуем изобразить Вашу смерть? И тогда заказчик сам выйдет на меня.