Хороший список

Кто руководил мной в тот момент, когда я устраивал чертов поджог? Все животный страх за свою никчемную жизнь.

Черный дым уже поднялся над крышами домов, зловеще рассматривая бегущих к пожару людей, властно накренился над улицей, выбирая жертв, когда мы с верёвкой, наконец, оказались в гуще галдящей толпы.

Святой Макус! Свидетели пожара всюду одинаковы, в основном никогда не знают, что нужно делать в чрезвычайной ситуации. Второпях разливают воду, не успев добежать до очага пламени, иные стоят как вкопанные, когда каждые руки на счету и могут стать спасением.

– Огневик!!! Помоги! – взревел Пивака, беспомощно бегая вокруг трактира. – Помоги, дружище, горит! Горит родимый!

Я бы удивился, если бы он переживал за горящих заживо людей, конечно, он рыдал из-за здания.

– Тащите песок, а не воду! – заорал я на глотающих горький дым зевак.

– Зачем песок?! – вопил Пивака не в силах понять моих указаний.

– Песок тащите! Сыпьте под окна, люди будут прыгать в него!

Не из милосердия я оставил им шанс спастись через окна, лишь от нехватки времени, а также от понимания того, что, спрыгнув, они в лучшем случае останутся калеками.

– Веревка, если на районе есть кто-то из твоих, пусть мгновенно ползут сюда.

– Я тебе говорила мы не ссспасатели, мы шпионки!

– Тогда пошпионь-ка ты за мной.

Я бросился по лестнице соседнего здания, попутно срывая простыни с верёвок. Разве возможно в нашем влажном климате заиметь сухое белье за одну только ночь? Очевидно, что нет, но сейчас… С обмотанной головой и руками я выскочил на крышу здания, трактир, к счастью, был чуть ниже, и я смог перепрыгнуть на него.

Знакомая дыра размером с городской люк так и осталась незаделанной. Пивака хоть и любил свое детище, но никак не мог заставить себя доводить дела до конца. Вместо того чтобы починить крышу, он застелил дыру непромокаемой тканью. Я прыгнул вниз, прорвав ее, и свалился прямо в полыхающий коридор второго этажа.

Снова в самом сердце пожара. Быть огневиком – это не только поджигать, это ещё и уметь усмирять свершившуюся катастрофу.

Но в данном случае моей целью были бедолаги, запертые в комнатах.

Вдруг ночью в трактир забрела беженка с детьми из раздираемой религиозной войной Риохии? Или же Пивака дал приют пилигриму, бредущему за прощением к святой Алейской горе? Или нищему старику?

Но порой судьба имеет прескверное чувство юмора.

Обжигая руки, задыхаясь от нависшей гари, я обнаружил пять из шести комнат пустыми.