Княжий сын. Отцовское знамя

– Скоро уже, драть его через коромысло? – в который раз за сегодняшний вечер спросил боярич, подумал немножко и добавил. – Солнце уже село.

– Придёт он, – как можно более уверенно ответил я. Если б не собирался прийти, предал бы, то и меня так просто к бояричу не пустили бы. – Думаешь, стражники могут по княжескому терему, как у себя дома ходить? Особенно этот мальчишка.

– Эх, не поймёшь ты все равно, – боярич усмехнулся. – Вот она, свобода, рядом почти. Хотя, тебе-то, смерду, о свободе знать неоткуда, ты служишь.

Может быть, раньше его предположение меня и разозлило бы, но сейчас я уже знал характер Никиты, и на такие речи почти не реагировал. О том, что отец мой – князь Кирилл, я так ему и не рассказал.

Во-первых, страшно было такие слова в этом месте произносить, потому что и у стен уши есть. Во-вторых, не было у нас особо времени, чтобы поговорить. То лекарь зайдет, то стражники у дверей трутся.

Да и рано пока. Вот, пусть его отец меч мне вручит, тогда и посмотрим, как на это боярич отреагирует. Поэтому я только усмехнулся и спросил:

– А с чего ты, боярич, решил, что я смерд? Может быть, у меня и род подревнее твоего, и титул повыше?

– Что? – Никита вдруг посмотрел на меня совсем другим взглядом. – Да ты, никак, шутишь? Мои предки издревле около Орловских князей. Славу себе стяжали, на поля битвы выходили. У меня род еще и подревнее рода наместника будет, чтоб он утонул.

– То есть, они Орловским князьям служили, так? – продолжал я издеваться над парнем.

– Так, то служение другое совсем, – с видом объясняющего новичку прописные истины, принялся рассказывать Никита. – Во-первых, мы всегда можем к другому князю отойти, хоть в Литву, хоть в Польшу, хоть куда. И никто нас неволить не может. А во-вторых, то служба ратная, и сравнивать ее с ковырянием в свином дерьме никак нельзя.

– Как скажешь, – пожал я плечами.

– Один раз всего и было то, – проворчал Лукич. – И то, не ради забавы. Разозлили они меня очень сильно, дружка хорошего убили…

Дверь каморки открылась и внутрь вошел Сенька, полностью одетый, даже подшлемник натянул, хотя в прошлые разы, когда я его видел, он им пренебрегал.