Княжий сын. Отцовское знамя

Руки, наверное, тоже тряслись бы, не будь они туго связаны за спиной несколькими витками стальной проволоки.

А ведь еще пару дней назад я вел за собой верную дружину, конную рать в четыре десятка клинков. И за мной шло двое бояр. Собственных бояр, признавших меня своим князем. А теперь меня повесят по приказу предателей, убивших моего отца, чтобы разделить между собой собранные им воедино земли.

День выдался приятный. Теплый ветерок обдувал тело через множество отверстий в выданной мне робе смертника.

Солнце ярко светило, но чуть со стороны, с заката. Площадь будто специально построили таким образом, чтобы во время разворачивающихся на ней представлений, ничто не могло отвлечь горожан от зрелища.

Судья заколотил в специальный колокол, подвешенный на эшафоте, толпа практически моментально замолкла, обратив все внимание на служителя закона. Убедившись в этом, он опустил ритуальную булаву – символ власти – и начал свою речь.

– Двадцать пять лет назад, – разнесся над площадью его мягкий, но при этом удивительно сильный голос.

 – Князь Кирилл собрал наши земли, объединил разрозненный Последней Войной народ и дал отпор пришедшей с восхода Орде.

Последней Войной было принято называть конфликт, положивший конец прежнему порядку. Монахи, из Николо-Одринской обители, среди которых я прожил целых полгода, считали, что ее причиной были действия людей, пытавшихся убить Бога. Якобы они разожгли адское пламя, но не смогли удержать его, и огонь тот обрушился с небес на города и спалил их дотла.

Поверить в то, что раньше на этой земле стояли города, по сравнению с которыми Брянск был всего лишь небольшой деревушкой, оказалось сложно. Но я видел в старых книгах, хранившихся в обители, картины. Я видел, как по улицам этих городов маршировали стройные ряды воинов, и видел стройки и заводы, на которых использовали странные машины, назначения которых мне так и не удалось понять.

Так или иначе, почти все технологии оказались утеряны, и выжившим снова пришлось учиться жить с земли.

Как раньше, я и об этом читал.

А вот в чем жрецы ошибались, так это в том, что Последняя Война якобы случилась всего пятьдесят пять лет назад. Их летоисчисление оказалось настолько неточным, что они потеряли целых два столетия. И на самом деле сейчас был две тысячи двести двадцать четвертый год от Рождества Христа Спасителя.

– Шестнадцать лет назад князь покинул нас, не оставив потомков, – судья решил зайти издалека.