Княжий сын. Отцовские долги

– Сюда, – Григорий ткнул пальцем в точку неподалеку от Одессы. – На границу с молдавскими землями. Место – самая глушь, лучше не придумаешь, никто вас там искать и не додумается.

Молдавия. Я уже слышал о ней вчера от боярина Луки, именно оттуда пришло войско захватившее Одессу, и именно туда потом пошел с карательным походом мой отец. Вряд ли местные просто так проглотили это, не уверен, что тамошняя граница спокойна…

– А что местные там? – спросил я.

– Местные почти все тихие, – ответил мэр. – Кто-то торгует с нашими купцами, тем, что вырастить удается, другие дичатся, но особых препятствий не чинят.

Вино от них идет неплохое вполне, и дешевое очень по сравнению с рейнскими и французскими.

– А князь у них как к вам относится? – продолжил спрашивать я. Мало ли, придем мы на заставу, а лидер местный вновь решит богатого соседа пограбить. А мы на себя первый удар примем, надо оно нам?

– А нет у них князя, – усмехнулся Григорий. – Был один, Драгошем звали, да не стало его.

Отец твой его убил. И город единственный, который у молдаван был, сжег. Они теперь, кто уцелел, по деревням ютятся.

И вот теперь я задумался всерьез. Забраться в глушь на год, пока история с моими претензиями на трон не позабудется – это однозначно хорошая идея. Год жизни на укрепленной заставе, да еще и с возможностью пополнить наши ряды за счет жителей местных деревень… Кажется, это – та самая возможность передохнуть и зализать раны, ради которой мы в Киев и приехали.

Но было что-то в предложении Григория не так, и я это чувствовал.

Он отнюдь не из добрых самаритян, о которых я читал в монастыре, это хитрый, расчётливый и умный человек.

Посоветоваться бы с боярами, особенно с Лукой, да только вот некогда. Нужно решение сейчас принимать, пока мэр не решил, что лучше будет нас наместникам выдать.

– А сколько платите? – спросил я, вспомнив, что я вообще-то о работе прошу, а не о приюте. А работу, как ни крути, везде принято оплачивать.

– Стандартное годовое жалование наемников, – Григорий мгновенно поскучнел, видимо, рассчитывал, что я не спрошу.

 – Двадцать гривен в год рядовому бойцу, тридцать – десятнику, пятьдесят – капитану отряда. Жалование получите после того, как новый отряд сменит вас на посту, и вернетесь в Киев.

Я по-быстрому пересчитал в уме гривны в привычные серебряные рубли. Получается, шестьдесят рублей в год рядовому бойцу, девяносто – десятнику и полторы сотни – мне, как капитану отряда.