Темный бог вечности. Червивое яблоко 2

Да и вообще, стоит только эту обшивку повредить, оттуда такая попрет радиация, что мало никому не покажется, – с сожалением начал было Виктор, но тут же и осекся, вдруг увидев, насколько счастливой стала вдруг физиономия Стратега.

– Зачем обшивку? – восторженно орал Стратег. – Мы их прямо к кабине присобачим, сверху от скрыплов накроем обтекателем с нашего флаттера, да и поедем – себе, с комфортом, с растопырочкой, что твои Координаторы… простите, господин Бюллер, если я чего не так сказал, я это от радости.

Ах, ты, эк чего удумал, Дюбель ты хренов!

– Да, Коля, – вторил ему Виктор. – Это ты, Коля, молодец! Это ты, Коля, супер!

– Господин Бюллер, – тихонько шепнул ему на ухо Стратег. – Зовите его Дюбель…

– Что-что? Не понял?

– Он заслужил.

Нагрузившись дюбелями – даже Виктор волок несколько штук – они с веселым гомоном направились назад.

У головной машины с неизменной своей плазменкой в руках стоял Снайпер. Ни Корна, ни Комара не было видно. Очевидно, отсиживались в машине.

Снайпер еще издали заорал:

– Ну, нашли, что ездить может?

– Нету тут ни хрена, но…

– Вот и хорошо, – даже не дослушав, сказал Снайпер и направил винтовку на друзей. – Значит, жить будете… не дергайся, Стратег, куда тебе с иглачем против плазменки? Стойте, где стоите, пацаны, целей будете.

Дело было ясней ясного. Пока они шарили по окрестностям, господин Корн тут времени даром не терял.

– Продались, Иуды?

– Ага, – безмятежно подтвердил Снайпер. – Но жизнь я вам выговорил, кореша.

– Мы тебе не кореша, сучонок! – взревел Коля-Дюбель. – Наших корешей твой покупатель сжег!

Снайпер явно обиделся, а высунувшийся из кабины коммодор сказал ему:

– Я ж тебе говорил, что благодарности от них не дождешься. Пристрели их, пока не поздно, найдут что-нибудь летучее, привяжутся, воюй с ними потом. Да и вообще, свидетели в таком деле нам ни к чему.

– Вы идиоты, – крикнул Виктор. – Ваш контакт, вы думаете, вас все еще ждет? Он давно уже улетел к чертовой матери! Куда вы с планеты денетесь? Снайпер! Кончайте дурить, и мы никому ничего не расскажем, клянусь!

– Вы сами идиот, уважаемый Виктор… и совсем Вы не в папашу, – проорал Корн и громко расхохотался.

 – Уж он-то тут никак не растерялся бы, а Вы есть самый настоящий кретин. На поверхности мы этот поезд спрячем так, что его ни одна собака не найдет. Смыться с Азеры – это даже не просто пара пустяков. Это половина пустяка в нынешней-то неразберихе.