Беги от меня

Видимо, боялась, что ее магию каким-то образом обнаружат или сделают предложение о замужестве, которое повлечет за собой обязательную магическую проверку на наличие дара.

Дни я проводила в библиотеке, пытаясь восполнить возможные пробелы в знаниях о данном мире. Пусть у меня и был артефакт памяти, но я все равно привыкла надеяться в первую очередь именно на себя. Иногда, между бесконечными примерками платьев, гуляла по заснеженным дорожкам сада, любуясь маленькими яркими птичками, что жили в нем, и невольно сравнивая их, нахохлившихся и рассевшихся на ветках деревьев, с елочными шариками.

В этом мире не было принято наряжать елки, хотя праздник, похожий на наш Новый год, отмечали. С Паркерсом мы общались ежедневно, но к сожалению, ничего нового к тому, что я уже узнала с помощью кулона, он больше добавить не мог.

В один из длинных зимних вечеров я как раз сидела на лавочке в белой садовой беседке из резного дерева, когда увидела спешащую ко мне Фрею.

– Леди Эльвира, приехала модистка, привезла Ваши наряды.

Я вздохнула. Я бы предпочла остаться здесь, любуясь на догорающий закат, разбрасывающий по небосводу и снегу таинственные сиреневые блики.

– Пойдем, Фрея, – мы со служанкой поспешили в дом.

Зайдя в свои покои, я встретила улыбающуюся модистку и двух ее бессменных помощниц, которые уже раскладывали в гостиной мои обновки.

– Добрый вечер, дамы, – вежливо поздоровалась я, глядя на женщин, присевших в книксенах при моем появлении. Никак не привыкну, что передо мной кланяются.

Меня поставили на низенькую табуретку, и ловкие руки девушек аккуратно сняли с меня тяжелое зимнее платье и теплые чулки, оставив лишь в тонкой нательной комбинации и мягком корсете.

– Здесь нужен другой корсет, леди Эльвира, – покачав головой, проговорила модистка, – хоть Вы и очень стройная и имеете тоненькую талию, с этим домашним корсетом бальное платье не застегнется. Тут же мне преподнесли атласное шелковое орудие пыток черного цвета, которое затянули так, что я теперь дышала через раз.

Следом за ним меня облачили в сорочку, мягким шелком скользнувшую по коже вниз, и фиолетовое бархатное платье, с пышной юбкой и драпировкой на груди, которое соблазнительно подчеркивало ее пышность и делало талию еще тоньше. Открытые приспущенные плечи и v-образный глубокий вырез на спине добавляли наряду изысканности.

– Великолепно! Бесподобно! Сюда нужны высокие перчатки, раз руки полностью обнажены, – девочки, подайте. – Ну и конечно украшения.