Синтетик

– Заряжен! – коротко подвел итог моему осмотру Кастр и захлопнул крышку.

В этот день я придумал план и в эту же ночь вышел за стену поселения, чтобы его осуществить.

Ревун, обычная птичка размером с ладонь взрослого человека, но вот от звука, который она издает, можно встать в ступор, если не слышать его заранее и не быть к этому готовым. Да даже если и слышать, то привыкнуть к нему вряд ли получится. Словно сотни раздраженных голосов, одновременно разразились диким воплем, так орал ревун, поистине громко и страшно.

В памяти птички, хранились тысячи звуков и какие она выплеснет в следующий раз, думаю не знала и сама. Вот такого ревуна я выследил и поймал, завязав на его голове небольшой черный мешочек. Особенность птицы была такова, что своим страшным голосом она кричала лишь в моменты сильного испуга или тревоги. Пока мы находились вдвоем с сестрой, ночами я оставался дома, а свой трофей предварительно накормив, подвешивал на ночь в сенях, закрепляя к верхней балке в небольшой клетке из прутьев. Я надеялся, что если кто-то захочет проникнуть в дом, то нарвется на такой вот неожиданный сюрприз. Это и произошло. Первую ночь без Каса мы спали спокойно, а вот во вторую сами перепугались до заикания, но оно того стоило. Я увидел белого как смерть Пастэра, прижавшегося к стене вместе со своим приятелем. Обоих колотила крупная дрожь. Пока они пришли в себя к нам набежало пол деревни. И когда выяснили произошедшее, мне с сестрой лишь попеняли тем, что завели в доме такую неподобающую птицу. А вот сильный подзатыльник на глазах у присутствующих от деда, грозил Пастэру серьезными неприятностями еще и дома. Я не злорадствовал и всем видом показывал, что сам сожалею о случившемся, стараясь вдобавок казаться испуганным. Правда факт оставался фактом. Ночью в чужой дом залезли посторонние, а это был серьезный проступок даже для лидирующего клана, к тому же с многочисленными свидетелями. Я видел боковым зрением, как попавшийся парень, несколько раз бросал на меня дикие взгляды. Стараясь не встречаться с ним глазами, понимал, что за такой позор он обязательно отомстит. Но еще я знал, что это будет не скоро, а к тому времени все может измениться, по крайней мере вернется Кас. В глубине души, я не смотрел в глаза своему обидчику потому, чтобы он не увидел в них торжествующие искорки свершившегося правосудия.

Я еле дождался, когда вернется отец, ведь ни в эту, ни в прошлую ночь отлучиться не вышло.