Время шестых

К тому же, несмотря на весьма практичную профессию, доктор Банту была фантазёркой. Не переставая выглядывать в окна, рассматривая разворачивающееся перед нею полотно второго обжитого людьми мира, она просто фонтанировала идеями. Предположениями о том, с чем же они столкнулись. Самыми невероятными, порой откровенно похожими на бред шокированного человека, но излагаемыми так складно и с такой убеждённостью, что остальные члены команды не сразу находили аргументы против. Впрочем, она делала это за них сама, перескакивая от инопланетной инвазии к тайному правительственному эксперименту, от дефектов в расчётах и поломки механизмов к полной иллюзорности их полёта вообще.

Но был в её энтузиазме и плюс: она наблюдала. Внимательно и очень заинтересованно разглядывала всё, что творилось снаружи крейсера и «пузыря», в который они угодили.

Именно она первой заметила искажение. Вернее, не искажение, а ускорение.

Марс вместе со своими купольными городами, садами, портами и платформами, вместе со спутниками и лифтами, солнечными батареями и магнитным комплексом, в общем, вся планета, вращался быстрее ему положенного.

Не просто быстрее – в разы, в десятки раз быстрее. К третьим суткам их пребывания в ловушке расчётное увеличение скорости вращения составило более пятисот раз.

Поверить в такое было абсолютно невозможно.

Все сошлись в итоге на том, что вращается, как юла, не Марс, а они сами – весь комплекс люди-корабль-щит-«пузырь». Вращается, оставаясь субъективно неподвижным для находящихся внутри.

Вращается, оставаясь при этом привязанным к плывущей по своей солнечной орбите планете, словно собачонка к хозяину.

Реальное объяснение ускоренного движения пришло к ним через месяц пребывания взаперти. Не подтверждаемое, но единственно разумное объяснение.

Никто и ничто не «вращалось» сверх обычного. Просто шло время.

И шло по-разному в их «капсуле» и вне её.

***

Мысль про время… поначалу астронавты не верили самим себе, предположившим такое. Однако каждый день, каждый час наблюдений добавлял лишнее свидетельство в пользу этой идеи.

Первое: если б до такой степени ускорила движение «Скопа», то они, её обитатели, просто не могли бы этого не почувствовать. Конструкция корабля не была рассчитана на их защиту от перегрузок подобного уровня. Они же воспринимали всё совершенно обычно: самочувствие всех оказалось расчётно стандартным для их полёта, даже несколько лучше ожидаемого – словно на тренировочной базе.