Человек, которого я убил

 – Я хотел… Видите ли, он не оставит меня в покое, пока… – И опять замолчал, не зная, как сформулировать свою просьбу. – Я хотел бы нанять вас расследовать одно убийство, – поймал он наконец свою ускользающую мысль и удовлетворенно вздохнул.

– Расследовать убийство? Но я… – Теперь пришла в замешательство Полина. Она хотела объяснить, что детективная деятельность осталась в прошлом, что она просто физически не может ничего больше расследовать, но неожиданно для самой себя сказала совсем другое: – Расскажите подробно все, что вы об этом знаете.

 – Ей почему-то представилось, что Максим поведает ей историю их отношений с Катей Семеновой.

– Я убил человека, – жестко проговорил он и сам испугался и своей жесткости, и своего признания. – А теперь этот человек меня преследует, – добавил вымученно, снова охрипнув. – Я не помню, за что я его убил, я даже не помню, кто он. И он не оставит меня в покое, пока я все это не пойму.

В его историю действительно трудно было поверить. Сначала Полина решила, что перед ней сумасшедший.

Призрак, преследующий своего убийцу, – нет, это что-то из области психиатрии. Странно, что ни следователь, ни адвокат не увидели, что Максим – просто больной человек. Непонятная непрофессиональность, необъяснимая душевная черствость. Его лечить нужно было, а не судить.

– Как звали вашего адвоката? – возмущенно спросила она.

– Беляев Семен Александрович, – с готовностью ответил Максим, – да он неплохой человек, честное слово.

Имя следователя Максим вспомнить не смог, но Полина решила сама это выяснить позже.

– Когда произошло убийство?

На этот вопрос Максим тоже почему-то ответить не смог. Он совершенно запутался во времени.

– Следствие велось очень долго, может быть, год, может, два… А может, и несколько месяцев. Понимаете, там нет времени.

– Где это – там? – испуганно переспросила Полина, она все больше и больше убеждалась в его невменяемости.

– В тюрьме, – просто ответил Максим. – Там все дни настолько одинаковы, что невольно погружаешься в спячку.

Я спал…

– А ваши сокамерники? Неужели…

– Сокамерники? – Максим удивленно на нее посмотрел. – Не было никаких сокамерников.

– Странно. – Что-то во всем этом было не так. От начала до конца не так. Может, Максим и сумасшедший, но дело не только в этом.

– Ужасно болит голова, – признался он вдруг. – Иногда просто невозможно вынести.

И опять ей стало очень его жалко, и захотелось немедленно помочь, облегчить его боль.