Грех

Господи, что я говорю. Я просто не могу по-другому, иначе мне не справиться с ним.

Я с трудом сглатываю, и наблюдаю, как меняется его выражение лица.

Сейчас от него исходят такая злоба, что мне хочется укрыться, я практически не дышу.

О Боже, что я наделала?

Он убирает свою руку с моей талии, и я отшатываюсь назад. Вот только рука Клима перемещается на мою шею и больно сдавливает ее. Резкий толчок, и его губы прижимаются к моим, с такой силой, что я ощущаю кровь во рту.

Мне хочется оттолкнуть его, накричать, но я ничего не делаю.

Пытаюсь обуздать свои эмоции, но все сложнее становится сохранять чертов контроль. Его губы раздвигают мой рот, и язык проталкивается внутрь с животной, жадной потребностью.

От острых ощущений, курсирующих по моему телу, хочется кричать. Я не могу ничего сказать, попросить пощады. Беспомощно выгибаюсь, пытаясь вырваться, но он лишь сильнее тянет меня на себя.

Мне страшно, и так сильно давит в низу живота, что я неосознанно трусь об него, сама ничего не ведая. Моя кожа горит, кажется, что еще чуть-чуть и вовсе расплавится.

Резкий рывок, и Клим впечатывает наши тела в ближайшую стену.

Его руки везде, сминают мою кофту, жадно шарят по груди.

– Клим, – не узнаю свой голос, низкий хрип вырывается из груди.

Рука Клима пробирается в мои шорты и проникает в самое нутро.

Я извиваюсь, не понимая, что происходит, хватаю ртом горячий воздух и судорожно цепляюсь за его. Мне жизненно необходимо быть еще ближе.

Мычу, кручу голой в разные стороны, пока он яростно стаскивает с меня шорты, и кидает на грязный пол. Мне все равно. Сейчас уже безразлично, я как безвольная кукла, повинуюсь ему.

Кажется, что это сон, или просто злой рок, но так остро и чувственно, что голова идет кругом.

Держа меня за талию и вдавливая в стену, Клим делает первое движение четко глядя в мои, помутневшие, глаза.

Меня потряхивает с головы до ног. Чувствую его пальцы на своих бёдрах и резкий вздох вырывается из моей груди, когда он туго проталкивает внутрь. Миллиметр за миллиметром. Мой разум протестует, но тело дрожит от желания, и я совершенно не могу ничего поделать с собой.

Он входит в меня до упора, причиняя боль, но я уже ничего не замечаю, полностью захваченная страстью, я просто тону в нем.