Земля № 17

Дядька тут с ней жил старый совсем, научил ее всему и сигнал подал, но хитрый был собака, знал, что мы из-за одного человека не поедем, а ее жалко было, и сам чуял, что помрет скоро, вот и подал: мол, много нас тут, помогите, заберите. Мы прилетаем, на последнем топливе можно сказать, а тут девка одна и та гибрид, идите вы говорит Ваня по добру по здорову, вы мне не пара.

– Слила, значит, – ухмыльнулся Стив.

– Че ржешь, ты думаешь, у тебя с ней что-нибудь было? – съязвил Ваха. – Она внушила тебе это, чтобы заинтересовать.

– Лыком? Что это лыко? – Стив был очень зол, не было ему дела до этого лыка, а было дело, до того, что его провели и все об этом знали, вот почему Элоиз ничего не увидела. Она обычно на следующий день напоминает, чтобы он выпил таблетки на всякий случай, мало ли что можно подхватить в Галактике. – Вот он баклан. Кто такой баклан? – ладно он это им припомнит.

– Пошли есть твои пирожки, так тебе и надо обойдешься без пышечной, – резко сказал Стив, и они зашагали по совсем темного городу.

Жужа пыхтела впереди пчелкой, иногда останавливаясь и прислушиваясь в темноте. Город нависал над ними немым укором. Когда-то он светился тысячами огней, а теперь – развалины давно минувших дней, минувшей цивилизации, которую он должен был воскресить.

– Знаешь, до тебя прилетали тут еще одни, – помолчав, сказал Ваха, – но они не с кем, кроме Лизы не общались.

– Да, а чего так, – стараясь придать голосу как можно больше безразличия, спросил Стивен.

– Так это, мы и не знали, что они прилетели, за Портом-то Лизавета следит, это ее миссия на Земле, – ухмыляясь, продолжил Ваха, – я их вдвоем случайно встретил, они ночью по городу гуляли. Ночью мы никуда не выходим, ну кроме Лизы, на нее бывает, найдет – всю ночь гулять может, но очень редко.

Стив заинтересованно кивнул: «мол, продолжай» и склонил голову в сторону Вахи, чтобы лучше слышать рассказ, так ему стало интересно.

– Жужа скулила и не спала, я подумал, съела чего или кого, за ней глаз да глаз нужен, вечно жует что-то.

Собака услышала свою кличку и обернулась, Ваха махнул ей идти дальше. Они шли мимо каких-то пыльных развалин, слева оставалось одно целое здание. На первом этаже был раньше магазин мужской одежды, высокие витрины мерцали в лучах заходящего солнца.