Проклятый цветок

 – Стоит только пальцем поманить.

– А по-моему, ты меня с собой перепутала, – рассмеялась я. – Все, Арин, не мешай мне спать. А то вырублюсь ночью и буду отличной приманкой для нечисти.

Но уснуть я уже не смогла. Лежала, слушала мерное посапывание подруги и думала, смогла бы я сейчас кем-то увлечься настолько, чтобы предаться страсти. Даже самой смешно стало от подобных мыслей. Почему-то когда пыталась представить, каким должен быть мой избранник, представляла себе именно Костин типаж – высокий, стройный, подтянутый, с коротко стриженными русыми, ближе к светлому, волосами.

И даже глаза у этого мифического мужчины были такими же, как у Кости – серыми и широко расставленными. В итоге, когда я уже проваливалась, наконец-то, в сон, нас пришла будить Катя со словами, что после пяти спать вредно.

Глава 4

На реку мы снова пошли, когда начало смеркаться. Темнело тут рано и как-то вдруг. В семь часов мы выходили из дома, едва начались сумерки, а в половине восьмого, когда подходили к реке, солнце уже полностью опустилось за горизонт, и на деревню опустилась ночь.

Аномалия какая-то. В городе все совсем по-другому. Там даже когда солнце садится, еще какое-то время светло.

На берегу нам Катя выдала по маленькой свечке и показала, как крепить в венке. А дальше началось откровение. Я уже тайком наблюдала, как венки других девушек лихо подпрыгивают на барашках воды, лавируют между камнями, но плывут дальше и не тонут.

Катя первая спустила свой венок на воду. За ней Арина… Мне было боязно как-то, как будто от этого зависела вся моя дальнейшая жизнь.

– Мира, спускай, как мы. Я уже не могу смотреть – слежу за своим венком. И ты не выпускай свой из виду, – велела мне Катя.

Я зашла по колено в воду и опустила на нее свой венок. Тут же чуть не умерла от страха, когда он чуть не опрокинулся на особо крупном барашке. Пламя свечи затрепетало и едва не погасло. Но все выровнялось. Мне даже показалось, что речка на мгновение успокоилась, и мой венок гордо поплыл дальше, завораживая меня огоньком свечи.

Я напряженно следила за его сложной траекторией, когда услышала рядом голос Кати:

– Как его еще плести нужно?! – по голосу я поняла, что она чуть не плачет.

– А что случилось-то? – тихо спросила я, не глядя на нее, боясь выпустить свой венок из виду.

– Опять расплелся. Каждый год одно и тоже…

– А что это значит?

– То, что в этом году я не выйду замуж.

Надо же! А я и не знала, что она так хочет замуж. Кажется, у нее и парня нет.