Золушка XY

Из дубленой оленьей кожи, – она нагнулась и любовно погладила один мокасин. – Они могут идти вперед гораздо быстрее, и в них совершенно не потеют ноги. А знаете, как быстро они сохнут? Их можно мокрыми оставить прямо на ногах, и не бояться простудиться. Это в ваших кожаных башмаках…

Она тараторила без умолку, нахваливая невзрачную на вид обувь. Глаза Олеси горели восторгом. Она слушала незнакомку, впитывая каждое слово.

– Это как вторая кожа, нога в ней двигается свободно, не то, что ваши ботинки, в которых ноги, словно в гробу.

Она замолчала и поймала заинтересованный взгляд Олеси.

– Хочешь тоже такие?

Олеся только кивнула.

Ниньо снова щелкнула пальцами, и вот уже Олеся разгуливала по кухне в маленьких удобных мокасинах.

– И правда, так здорово и уютно, – сказала она Илье. – Сделай и ему такие, ну пожалуйста, – обратилась она к джинихе.

– Ну уж, нет! – возмутился Илья. – Мне и моя обувь нравится.

– Как, разве я еще не сказала? – удивилась Ниньо. – Я пришла за тобой, сын Светлоликой.

***

– Что, так и будем молчать? – индейская девушка сидела на кухонном табурете и весело размахивала ногами. Ей очень понравилось, что высота регулируется. Она то поднималась, то опускалась, задорно повизгивая при этом. – Садитесь уже тоже, и давайте поговорим, как приличные люди.

Илья с Олесей послушно опустились на соседние табуреты, продолжая молчать. Ниньо посмотрела на них и громко рассмеялась:

– Ну, вы даете! Прямо, как испуганные щенки – ушки прижали и забились в угол. Давайте, я за вами поухаживаю, – она встала, взяла приготовленные чашки, разлила в них кофе и поставила перед братом с сестрой. – Вот, промочите горло и скажите уже что-нибудь.

И опять Илья с Олесей послушно отхлебнули из чашек. Илья даже взял конфету и начал разворачивать, но вдруг опомнившись, бросил ее на стол:

– Повтори еще раз, зачем ты здесь? – настороженно спросил он.

– Неужели, я так непонятно говорю на вашем языке? – удивилась Ниньо. – Я пришла за тобой. Пришло время занять свое место – стать вождем великого племени.

– Какое еще место и в каком таком племени? – спросил Илья, косясь на Олесю, проверяя ее реакцию. Она, похоже, понимала не больше него. Ее большие глаза не выражали ничего, кроме замешательства.