В ад с чистой совестью

Будить старушку неудобно и ждать, когда она проснется сама, тоже не хотелось. Пришлось тихонько кашлянуть, отчего старушка вздрогнула и открыла ярко-голубые, удивительно молодые глаза, которые странно смотрелись на морщинистом лице.

– Ох, милая, задремала я, – улыбнулась старушка беззубым ртом, поправляя очки дрожащей рукой. – А ты – та самая жиличка из востриковского дома?

Вот это у них тут осведомленность! Все уже знают про меня! Чувствую себя звездой, не иначе.

– Что, заскучала, милая? Решила позасорять голову всякой ерундой? – Старушка хихикнула.

Странное отношение к работе. Интересно, как она разбирается в огромном количестве книг, если считает их мусором? Внезапно меня осенило, что возможно специальная литература и не понадобится. Старушка может знать, где раньше стояла церковь? Что я и спросила у нее.

– Как же не знать? Знаю, конечно. Хаживала туда грехи замаливать, когда молодая была.

– А что сейчас на том месте?

Видно, старушка соскучилась по общению или просто отличалась болтливостью, раз не спешила мне всего рассказывать.

– А ничего! Пустырь.

– А где этот пустырь?

– А зачем тебе понадобилось это богом забытое место, милая? – хитро прищурилась старушка.

Как же ответить, чтобы выглядело правдоподобно? Я и не подумала, что любопытство придется чем-то оправдывать.

– Понимаете, я писатель, – начала я свое вранье. – Пишу роман о староверах. Для создания атмосферы мне нужно попасть в место, которое раньше считалось святым, прочувствовать дух веры…

– Да, какая ж там вера?! – всплеснула руками старушка, возводя глаза к потолку.

– Так мне и нужно именно такое место, где поругались над верой, – самозабвенно врала я. – Это придаст необходимую глубину и трагичность роману.

– Ну, если трагичность, то ладно… – По голосу старушки я поняла, что она не очень-то и верит наскоро слепленной версии. – Тута оно, рядышком, место это… Сейчас выйдешь, пройдешь через скверик, потом обойдешь сторонкой две пятиэтажки, а можешь двориком пройтись, и выйдешь на пустырь.

Поблагодарив старушку я направилась на поиски святой заброшенности, пытаясь затолкать плохое настроение поглубже. Я отчетливо рисовала в воображении место, где раньше стояла церковь.