Ты попался, бабник!

 – С чего ты взял? – посмотрела она на шефа.

– С твоего лица, – усмехнулся он. – Хорошо, что наши клиенты тебя сейчас не могут видеть.

– Антон, отстань, а? Не мешай работать.

Лицо ему ее не нравится. А она и не клоун, чтобы скалиться направо и налево.

– Расслабься, Сорокина. Я к тебе по делу, – хмыкнул Антон.

Он уже давно не реагировал на резкость своей помощницы. За время работы они друг к другу притерлись. Да и готовила Лиля отменно, точно зная – шеф это ценит.

– Не хочешь сегодня поработать внеурочно? Выездной банкет…

– Сегодня не могу, – перебила его Лиля.

 – Вечером у меня есть срочные дела.

– И ты не можешь их отложить? – заметно расстроился Антон.

– Нет, дорогой мог, не могу, – хоть и очень хотелось бы, – добавила Лиля про себя. Вместо свидания с этим более чем странным бабником, она бы с удовольствием подзаработала деньжат.

– Жаль, – вздохнул Антон. – Придется самому… Вместо себя я на такое дело могу отправить только тебя.

– Мне тоже жаль, – честно призналась Лиля.

Когда Игорь предложил заехать за ней в семь, Лиля даже не подумала, что для ночного клуба одета не очень подходяще. Неплохо было бы, конечно, заскочить домой и придать себе побольше броскости. Но потом, поразмыслив за разделыванием все той же рыбы, она пришла к выводу, что сойдет и так. Лучше пусть сразу пленяется ею натуральной, чем клюет на всю эту штукатурку и модные шмотки.

Ровно в семь она вышла из ресторана и застыла на крыльце.

Блин! Машин на парковке видимо-невидимо.

На какой будет Игорь, она не поинтересовалась. И как теперь его искать? А если его вообще еще нет?..

Додумать мысль не успела. Дверца синей иномарки, припаркованной неподалеку, распахнулась, и появился… бабник собственной персоной.

Махнув Лиле рукой, он оббежал машину и открыл для нее дверцу. Не мешкая, Лиля с удовольствием нырнула в тепло салона. Декабрь выдался суровый, и мороз к вечеру опять крепчал. И снега за день навалило столько, что сугробы по обочине были уже выше человеческого роста.

А снег все продолжал падать с неба, кружа в свете фонарей крупными хлопьями. Такими крупными, что при желании на лобовом стекле можно было рассмотреть замысловатый узор снежинок.

– Замерзла? – повернулся к ней Игорь, заняв свое место.

– Не успела, – изучала Лиля его лицо, стараясь не делать это слишком придирчиво.

Насчет его глаз она сделала поспешные выводы. Они только потому показались ей сначала невыразительными, что были глубоко посажены.